Он словно вынырнул из плотной, мутной воды. Словно проснулся от тяжелого кошмара. Воздух вокруг ощущался невероятно чистым и свежим, а небо невероятно светлым. Голубым, и розовым, как всегда на рассвете. До этого оно виделось серым. До этого дышать было тяжело, будто он наклонялся над токсичным паровым котлом, а сейчас, наконец, почувствовал на вкус горный лес.
Позвоночник больше не болел, мир ощущался ярким. Контрастным Росс даже не заметил, когда реальность вокруг него поменялась. Когда лица стали похожи на искаженные маски, когда чужой, искренний смех начал действовать на нервы. Люди ходили мимо, словно уродливые тени, а сейчас, вмиг снова стали людьми. Почему он не заметил этого?
Почему... игнорировал все это время?
Из неловкого взгляд становился виноватым. Что теперь говорить? А ничего.
Оправдываться будет очень низко. Да и, он не хотел оправдываться.
Действительно сделал то, что сделал. На тот момент, когда делал, хотел сделать.
Гнусно это отрицать. Хотел и делал, все. Любые другие слова об этом — детский лепет. Убогая попытка оправдаться, снять с себя ответственность. Однако Эдмунд не собирался её с себя снимать. И выглядеть убогим тоже не собирался.
Возможно, если бы палочка попала к человеку получше, разрушений было бы меньше. Возможно, кто-то другой не ударился бы в бесконтрольное насилие. Не собирался бы трясти за шею любимого человека.
- Ты уйдешь, да? — Сипло спросил он, придерживая девушку, которая все еще пыталась встать с его коленей. Даже лежа, её слегка пошатывало.
- Куда мне теперь идти? — На лице выступила тяжелая, грустная улыбка. – Ковена фей больше нет Те, кто остались в живых, разбежались, чтобы сохранить свои Жизни и свои палочки. Мне... на самом деле некуда идти. Не знаю, что я буду делать.
- Но ты теперь свободна. — Тихо сказала Райла, которая сидела рядом, поджав колени под себя.
— И у тебя есть палочка... а еще твоя память. Наверно, ты можешь делать все, что хочешь. — Она прикрыла печальные глаза. - Я теперь знаю, как тебя зовут.
- Это не слишком-то важно. — Волшебница искренне улыбнулась. — Можешь звать меня Рео, как и раньше. можешь. Ада. Когда я была при своей памяти, меня называли Ада. А еще говорили, что это дьявольское имя. Тяжелое... было время.
Дэвис переглянулась со своим шефом. Тяжелое время. Гонения на ведьм давно прекратились, но на «не таких» все равно еще смотрели с огромной злобой и недоверием. Возможно, ей повезло, что у нее не рыжие волосы. Но светлые тоже привлекали внимание, совсем не в положительном ключе.
- Ты пока можешь пожить у меня. - Сдавленно сказал Эдмунд. — Просто пожить.
Пока не решишь... что делать дальше. Я не буду тебя стеснять, или навязываться.
- Ну. - Аделаида, наконец, встала. Они сидели у кромки крыши, и внизу, словно муравьи, перемещались люди. Едва подглядывали сквозь утренний туман. — Быть может. Быть может я приму твое предложение. — Она чуть-чуть улыбнулась, с любопытством глядя вниз. Кровать...
намного приятнее, чем лавка в парке, или вокзале.
- Рад, что я лучше вокзала. - мужчина грустно усмехнулся. — Точнее... моя кровать.
Может... может, наконец, познакомимся поближе. Чаю выпьем, если ты не против.
- Люблю чай. - Улыбка становилась шире. — Твоя кровать будет лучше вокзала лишь в том случае, если там будешь ты. Если не будешь, я не уверена.
Он с тяжелым, шокированным удивлением поднял брови. Она... с ним флиртует?
Не отталкивает после всего. Не стыдит, и не выказывает омерзения. Молодой человек отвел глаза.
Что-то теплое расползалось внутри, словно он уже выпил чай.
Однако, по спине ползли тяжелые мурашки возбуждения. Она не против с ним слать в одной кровати. Не против, чтоб обнимал или лез.
Эдмунд приобнял волшебницу, прижал к себе и закрыл веки. Под этими тонкими, светлыми веками скользили широкие, черные зрачки. Шум города. Тепло. И сердце бьется так сильно, что тяжело дышать. Секретарша сидела рядом, и сконфуженно закатывала глаза. Сегодня троглодиту повезло. Не всем троглодитам так везет.
- Как ты себя чувствуешь? — Тихо спросил Росс, глядя на чуть покрасневшее лицо любимой девушки. На растерянный взгляд, на влажные губы. - Мы можем спустится вниз, если тебе немного лучше. Хочешь есть? Возьмем кофе, салат, булочку. Ты пойдешь с нами, Райла? — Он искренне любопытствовал. Ни на что не намекал.