- Есть. Думаешь, что она просто так навела мостик с доченькой мэра, этой Алёной? Кстати, как она: жива или нет? С утра все СМИ городские только об этом и трезвонят. Говорят, что она выживет.
- С ней всё в порядке. – Строгим голосом проговорил Герман. – Пуля прошла навылет.
- Ну и хорошо. Надо к ней в больницу сходить и поближе познакомиться. Упускать такие связи нельзя, Артур. И ещё надо будет предупредить и девушку и мэра об этой Глашке. Я уверена, что она не просто так …стала победительницей на вечере. Ой! – Девушка вновь воскликнула и тут же прикрыла рот ладошкой. – А что, если она чем-то держит и Алёну и нашего мэра?!
- Господи, Светлана, - вновь возмутился Артур, - что ты говоришь? Подумай!
- Вот я и думаю, что у неё, наверняка, есть компромат на мэра и его доченьку. – Вдруг она замерла на мгновение, затем её глаза «выкатились на лоб» и она выпалила, как из ружья. – А может это она организовала покушение на дочь мэра …или самого мэра?!
- О, Господи, - теперь уже проговорил Герман, - тебе надо работать в прокуратуре, Светлана. Столько версий за несколько секунд!
- Да это же ясно! Всё шито белыми нитками! – Не могла угомониться девушка. – Вот она и сбежала отсюда. Поняла, что её скоро арестуют. Да нам надо дать показания против неё, мальчики!
- Всё, хватит, Светлана. – Артур быстро подошёл к девушке и попытался обнять, но она отстранилась. – Да, пойми ты, глупая моя, нам лучше не совать нос в её дела. Представь себе, если ты выложишь следствию все свои версии? Оно же нас всех к ней и приплюсует. Мы же столько времени провели рядом с ней. Начнутся вопросы, подозрения и …всему нашему доброму имени может наступить конец! Понимаешь?
Герман чуть не рассмеялся, заметив растерянное и глупое выражение лица. Девушка смотрела на его брата, как на зачумлённого.
- «А братик-то молодец. – Мысленно усмехнулся он. – Охладил свое невесту. Можно сказать, что «ударил пыльным мешком по её горячей голове». Вон она, аж вся посерела. Так тебе и надо, шпионка недоделанная».
- Я думаю, что Артур прав. – Произнёс он вслух и подошёл к горячей парочке. – Успокойся, Светлана. Сейчас приедут родители и если ты и им выложишь все свои версии, то….будет скандал …с инфарктом. Ты этого хочешь?
- Нет, конечно. – Светлана быстро подошла к столу и налила себе бокал вина. Она осушила вино залпом и быстро села на стул. - Может, я и перегнула палку, но … я уверена, что она нам ещё устроит сюрприз. Вот увидите!
В этот же момент во дворе дома послышался сигнал машины.
- Они приехали. – Сказал Артур, посмотрев на Германа. – Пойдём встречать родителей. И ты сам будешь объяснять отцу побег Глаши. А ты, Светик мой, будь спокойна. Сдерживай свои эмоции, пожалуйста.
- Как скажешь, милый. – Светлана встала и взяла его под руку. – Более того, я с удовольствием посмотрю, как Ильи Ильич будет распинать Германа. Ведь это от него сбежала Глашка, тебя же здесь не было, дорогой.
Она гордо приподняла голову, посмотрела на Германа, и улыбнулась ему лисьей улыбкой.
Именно такую улыбочку на лице Светланы Герман и видел почти всё время, когда встречал родителей, а затем и водил их по отремонтированным помещениям. Как и предполагал он, отцу ремонт не понравился, что нельзя было сказать о его маме. Анна Львовна просто сияла от восторга, который боялась высказать вслух, косясь на недовольное лицо мужа. Зато Илья Ильич высказывался, никого не стесняясь.
- И зачем было такими дорогими обоями оклеивать коридор? – Ворчал он, проводя ладонью по стене. - Мы же здесь почти не бываем. И зачем поменяли светильники? У них очень сильный свет! Мы же разоримся на оплате за электричество!
- Все светильники оснащены спец устройством, отец. – Спокойным голосом отвечал Герман. – Устройство реагирует на движения. Ты подходишь – оно включается, ты уходишь – оно выключает свет. Полная экономия.
Илья Ильич хмыкнул и …оглянулся. К его удивлению, конец коридора был уже в темноте. Он вздохнул, заложил руки за спину и проговорил. – Ну, какое ещё помещение ты испортил, Герман?
- Не испортил, а преобразил. – Герман держал спокойствие и в голосе и на лице, замечая, что это раздражает буквально всех, кроме мамы. – Прошу, пройти в комнату мамы. Мы сделали из неё будуар королевы.
На лице Анны Львовны засияла улыбка удовольствия, которую не погасило даже злобное выражение лица Ильи Ильича.