«Челюсть у Глаши отвисла».
- И кто, интересно мне, будет поварихой на эти десять дней? – Еле выговорила она и тут же поняла ответ, по гримасе на лице парня. - Ну, не-е-ет! Этого он от меня не дождётся. Я поварихой не буду!
- Да, ладно, Глаша. – Улыбнулся ей Алексей. – Один раз в день покормить обедом семерых парней? Разве это тяжело? Кстати, шестой – это я, а седьмой – Герман. Герман сказал мне, что они с дизайнером разработали чёткий план преображения трёх объектов за девять дней. Завтра с утра начнётся работа.
Глаша мысленно посчитала объекты в уме, а потом озвучила их. – Комната Анны Львовны, коридоры, моя комната, подвал и чердак. Получается, пять объектов?
- От чердака и подвала Герман отказался. Сказал, что итак сойдёт.
- Как ...так? – Удивилась Глаша. – Герман собирается жить на своём чердаке, не отремонтировав его? Почему?
Алексей пожал плечами, а в голове Глаши уже стали рождаться нелепые ответы.
- «А может он собирается вновь скоро покинуть дом и уехать по своим рабочим делам? Или, может быть, …у него есть другое место для жилья, более удобное, скажем,…. вместе с девушкой-дизайнером»?
Эти мысли её тут же почему-то расстроили. Она стрельнула глазами в сторону Алексея, который внимательно её изучал, тут же сделав «наивное личико», произнесла. – Ну и путь. В конце концов, это его дело. Он же хозяин в этом доме. Но на счёт поварихи – я не согласная!
Пока они готовили обед, Глаша была молчаливой и задумчивой. Алексей наблюдал за ней и помогал в готовке, как мог.
- А как выглядит ваша девушка-дизайнер?- Вдруг спросила Глаша, удивляя парня.
- Замечательно.- Не задумавшись ни на мгновение, ответил Алексей. – Она, как картинка. Само совершенство. Мила, умна, красива и талантлива. Лично я считаю, что это гремучая смесь для мужика, поэтому и …сбежал от них.
Глаша с удивлением на него посмотрела. – Как сбежал? Почему?
- Я считаю, что от таких «картинок» надо держаться вдалеке. Девушка погружена в работу и карьеру. Я думаю, что такие девушки к семье совершенно не приспособлены. Они любят лишь покрасоваться и показать себя такую красивую и дорогую.
Глаша усмехнулась. – Значит, ты её раскусил, а вот Герман на неё клюнул?
- А почему и нет? Он парень свободный, красивый, богатый… Может у них что-то и получится.
Глаша нахмурилась. Слова парня ей не понравились, но возможно, что они были правильными. И кто она такая, что бы указывать Герману, с кем дружить и кого любить?
- Эй, - вдруг остановил её голос Алексея, а потом и ей руку схватила его рука, - что ты делаешь? Ты же уже солила суп. Хочешь его испортить, пересолить?
Глаша с удивлением посмотрела на свою руку, зажатую в руке Алексея. В ней была солонка с солью.
- Глаша, а может ты …влюбилась в Германа, если захотела пересолить суп?
Девушка тут же мотнула головой. – Не говори глупостей. В него влюбиться – худшее из зол. Он же – самовлюблённый красавец со множеством лиц. Я даже не удивлюсь, что он…- она перешла на шёпот,- шпион иностранной разведки.
К её удивлению Алексей так сильно рассмеялся, что долго не мог остановиться. В конце концов, он утвердительно кивнул и проговорил. – Я тоже так считаю. Интересно, что на это скажет Герман?
- Да, что он скажет? Тебя назовёт идиотом, а меня очередной мумией, но уже… - взгляд Глаши остановился на её ногах, -… в тапочках? Господи, я всё это время была в домашних тапочках, а ты мне и не сказал? – Она тут же приложила ладонь ко лбу. – Так, мне кажется, что я потихоньку схожу с ума. Мне надо срочно поменять обувь. – Она тут же бросилась к выходу из кухни, говоря на ходу. – Алексей, я быстро… Следи за супом…
Алексей усмехнулся ей в след и проговорил. – Значит, я прав, ты влюбилась в Германа. Очень жаль, ты мне тоже понравилась.
Герман взял из рук Алексея лист бумаги и углубился в чтение.
- Ты оказался прав, говоря шефу, что тайная работа Глаши может быть для неё опасной. – Сказал Алексей. – Документ, который она так тщательно хранила, оказался старинной рукописью. Интересно, как она попала ей в руки.
- От брата. – Ответил Герман, складывая лист бумаги и убирая его в карман. – Но вот как он заполучил этот документ, пока для меня тайна. Шеф пишет, что этому письму лет двести и оно, наверняка, было украдено из какой-то библиотеки. – Он внимательно посмотрел на парня. – Мне надо будет увидеть подлинник, и удостовериться в этом. Придётся этим заняться.
- Ты хочешь сказать, что выкрадешь это письмо у Глаши?
Герман кивнул. – Да, но всего лишь на минуту. Мне надо удостовериться, есть ли на этом документе в правом нижнем углу, выбитые иглой цифры. Их надо сфотографировать.