- Фу! – Вновь произнесла Светлана с брезгливостью в голосе. – Видно, действительно это была гадость, если вспоминая, его… ты закашлялась?
- Да я…даже…этого…не поняла. – Слегка заикаясь, проговорила Глаша, косясь на приоткрытую дверцу. – Они как-то быстро проскользнули в моё горло, что я ...это и не заметила…
Но на неё вновь напал новый приступ нервного кашля. Поднос из её рук выскользнул и упал на палас с …металлическим звоном. Это напугала Глашу и …удивило Артура. Он вышел из-за стола, подошёл к ней и быстро поднял поднос с пола. К его удивлению он увидел под подносом ключ от шкафа. Он поднял ключ и посмотрел на приоткрытую дверцу шкафа. Сердце Глаши остановилось.
Она быстро выхватила поднос из рук Артура и прошептала. - Извините, Артур Ильич, я случайно его уронила…
Но Артур не обратил на её слова никакого внимания. Он пристально смотрел на дверцу шкафа. Но теперь сердце Глаши наполнилось такой решительностью, что она была уже готова стукнуть этим подносом Артура по голове, лишь бы он не открыл эту дверцу своего шкафа, за которой прятался Герман.
Она уже слегка приподняла поднос вверх, но Артур резко закрыл дверцу шкафа, вставил в замочную скважину ключ, и провернул его два раза.
Глаша на миг закрыла глаза, не зная радоваться ей или паниковать. Ведь теперь ей необходимо было выпустить на свободу своего «ламусика тетрасика» - своего чёрного крокодильчика – своего Германа. Но как это сделать? Над этим придётся ещё подумать…м
Глава 10.
Глава 10.
Часть 1.
Глаша еле дождалась, когда Артур вывел на улицу своих гостей, что бы проводить. Она усмехнулась, глядя через окно на Светлану. Девушка еле держалась на ногах, так перебрала с вином. Ей даже кофе не помог, хотя… Глаша усмехнулась, вспомнив, что не пожалела добавить в финики коньяку для неё. Как видно этот коньяк Светку «добил», потому что она не отпускала руку Артура ни на мгновение.
Итак, дом опустел, и Глаша со всех ног бросилась в кабинет Артура, что бы выпустить на свободу своего любимого. Она впервые назвала так Германа и это «окрылило» её ещё больше. Она успела скинуть с себя парик, но не убрала его. Парик остался лежать на кухонном столе, вместе с её очками и большими серьгами.
- Герман, я уже бегу… Уже бегу…Жди…Бегу… - Твердила она всю дорогу, пока не вбежала в кабинет и не открыла дверцу шкафа. – Вот и я!
Герман чуть не выпал из шкафа. Он сделал глубокий вдох и улыбнулся ей.
- Наконец-то. Там было слишком душно и …тесно. – Герман встал на ноги и тут же потёр свои коленки. – Сидел там, как кузнечик в спичечном коробке. Ну, я брату за это отомщу… Тоже запру его в какой-нибудь коробке…
- Ладно, ворчать. – Усмехнулась Глаша. – Хорошо всё, что хорошо кончается. А тебе надо бы уйти отсюда, а то вдруг Артур захочет вернуться.
- Да, конечно, пошли…
Глаша быстро обхватила его за талию и повела к двери. Герман улыбнулся ей довольной улыбкой, обхватил за плечи одной рукой и произнёс. – Ты ведёшь меня, словно раненого бойца с поля боя. – Он сильнее сжал её плечи. – Ты моя фронтовая подруга.
- А почему бы и нет? Это не дом, а передовая. Не знаешь, где рванёт, а где шпион сидит в засаде… Интересно, какое испытание придумают для меня на завтра Артур и Светка? Хотя … - Глаша усмехнулась и покрепче прижалась к Герману. – Вряд ли она способна думать в эту минуту. Она пьяна в стельку, и еле держится на ногах…
Герман и Глаша шли медленно по коридору, затем спустились по лестнице на первый этаж и вошли в коридор, ведущий в кухню с чёрного входа.
- Хоть она и была пьяна, но это не помешало ей назначить свидание англичанам на завтра. – Сказал Герман и тут же остановился, потому что остановилась Глаша. Она смотрела на него с удивлением.
- Англичанам? Двоим… англичанам? Обоим вместе?! Ни чего себе запросы? Бедный Артур….
Герман нежно поцеловал её в губы. - Ничего он не бедный. Он получил то, что хотел. Вот теперь пусть свои рога и пилит…
В тот же миг за дверью из кухни послышался яростный визг Светланы, а потом её крик. – Что это?! Артур, …что это?! Это же….парик ..твоей…официантки?! Нас обманули! Всех обманули! Это же … Артур, ты кого впустил в свой дом?
Крик пьяной женщины был срывающимся и прерывистым, но он так их напугал, что Глаша даже вздрогнула.