Выбрать главу

После захода солнца температура упала до плюс шести, при дыхании изо рта шел пар. Необыкновенной яркости луна поднялась над горами. В ее свете листва казалась серебристой. И без фонаря было видно почти все. Странно вел себя ветер. Он будто бы не мог решить, с какой стороны дуть.

Скалли и Малдер сверили часы и компасы.

— Расходимся метров на пятьдесят и идем строго на юг, — сказал Малдер. — Чуть что — шуми.

Этого можно было не говорить. Скалли никогда не стеснялась нарушить тишину, если того требовала необходимость. Вместо ответа она проверила свои «убернаделли», вогнала патрон в ствол и осторожно, придерживая шпору пальцем, спустила курок. Теперь можно было не ставить оружие на предохранитель; для выстрела же требовалось одним нажатием на спусковой крючок взвести и тут же спустить курок. Усилие прилагалось значительно большее, чем при спуске заранее взведенного курка, но все равно времени на производство этого первого, самого важного выстрела уходило заметно меньше.

— Вас так учили в Академии? — спросил Малдер.

— Нет, — сказала Скалли, — там меня от этого не смогли отучить.

Она не стала рассказывать, как отец обучал ее премудростям стрельбы. У него были свои взгляды на жизнь, не слишком схожие с общепринятыми.

На опушке лес был значительно гуще, чем в глубине. Сухая прошлогодняя листва шуршала под ногами. Заросли ежевики и малины местами были абсолютно непроходимы. Кто-то — да отец, кто же еще? — рассказывал Скалли, что однажды в таких вот зарослях нашел скелет оленя. Даже олень не сумел пробиться через сплетение миллионов ветвей…

Минут через десять ходьбы стало казаться, что вся эта затея бессмысленна. Начались неглубокие, но крутые лощины с топким дном, заросшие по краям мелкой ракитой. Серые стволы деревьев выплывали из темноты, похожие на колонны греческих храмов. Скалли перебралась через одну лощину, через другую… Шорох листьев под ногами вдруг пропал. Ноги ступали будто по войлоку. Скалли присела, посветила фонарем. Пепел? Кострище? Она зацепила пригоршню странной субстанции, похожей на древесную золу, но — только похожей. И почему куст, растущий буквально из этой квази-золы, не обгорел? Она осмотрелась вокруг. Пятна — более светлые, чем палые листья — были разбросаны повсюду во множестве. Стремительная тень вдруг пронеслась косо и исчезла. Скалли припала к земле. Шелест сухих листьев… короткий громкий писк — и довольный хохот. Сова… Скалли выдохнула — и некоторое время слышала только биение собственного сердца. Наконец она встала — и вдруг поняла, что переменился свет: луну забросало тучами, но откуда-то слева возник другой, более яркий. И звук — такой, будто где-то не слишком далеко работает электрический генератор. Или мощный мотор на холостом ходу. Свет исходил из-за гряды слева — чуть более высокой, чем та, на которой она сейчас находилась.

— Малдер! — позвала Скалли.

Молчание в ответ.

Нет, не молчание. Шаги. С той стороны, где свет. Уверенные тяжелые шаги.

— Малдер!

Услышал. Легкий треск сзади и справа — где Малдер и должен находиться. Бежит.

Но раньше, чем подбежал Малдер, на гребень гряды вышел человек с многозарядным дробовиком на плече.

— Стоять! — крикнула Скалли. — ФБР, агент Скалли. Я приказываю вам стоять.

— Мне наплевать, кто вы, — ответил человек. — Я работаю в управлении шерифа. Вы находитесь на охраняемой территории. У вас есть пропуск?

— Это место преступления! — подоспел Малдер.

— Ничего не знаю, — сказал человек и передернул затвор. — Если у вас нет пропуска, подписанного шерифом, — немедленно убирайтесь, или я вас арестую. Вам понятно? Повторять я не буду. Садитесь в машину и уезжайте.

«А он неплохо держится под прицелом двух пистолетов», — подумала Скалли вскользь. Человек вскинул дробовик на плечо стволом вверх — и Скалли показалось, что грохнул выстрел. Но на самом деле это была молния и очень быстрый гром — короткий, оглушительный, над самой головой… Они садились в машину — сзади ее подпирал джип, весь увешанный фарами и прожекторами, и просвечивал, просвечивал их машину насквозь, навылет, — когда хлынул ливень. Человек с дробовиком сел в джип. Скалли подумала, что он поедет за ними, будет их… конвоировать? следить?.. нет: почти все фары джипа погасли, мотор умолк. Джип остался стоять на лесной дороге. Их же «шевроле» еле успел выбраться на асфальт, прежде чем лесная дорога превратилась в ручей…

8 марта 1992 года

Ночь

— Что, интересно, он мог делать в лесу — один, в такое время? — сказал Малдер задумчиво. Ливень заливал стекло, струи падающей воды пылали в свете фар, не позволяя видеть ничего дальше сотни футов, и потому агент вел машину медленно, склонясь к рулю — как бы пытаясь разглядеть что-то за этими струями.

Потом начался туннель. Он вынырнул из водяной сверкающей завесы черным квадратом, сулящим тишину и покой. По туннелю Малдер ехал так же медленно, как и по открытой дороге. Под крышей обманчиво казалось, что вот так можно отгородиться от всего, а не только от дождя. Но потом туннель кончился, и стекло вновь залило неровным, в морщинах, слоем скользящей воды.

— Да, это может иметь отношение к делу, — согласилась Скалли. — Запомним. Как ты думаешь, что это такое? — она вытащила из кармана горсть «пепла», показала.

— Не зола ли от костра?

— Не знаю. Но эта зола там повсюду. Слишком много костров для охраняемого парка… Может быть, это какой-то культ с жертвоприношениями? И поэтому дети… сбегают из дому, умирают… Черт, надо бы все-таки вернуться!

— Да-да, — рассеянно отозвался Малдер. Он все так же всматривался в дорогу. Потом вынул из кармана компас. Скалли взглянула на свой — стрелка крутилась, как маленький пропеллер.

— Что происходит? Малдер, тебе плохо? Ты меня слышишь?

— Все нормально…

Он посмотрел на часы. Потом, как-то совсем извернувшись, — в небо. Голос его прозвучал глухо… Сверкнуло безумно ярко. Будто каждая капля дождя превратилась в маленькую фотовспышку, и все они сработали разом. Скалли вскрикнула и зажмурилась. Когда она вновь обрела способность видеть — неожиданно быстро, — машина останавливалась. Мотор не работал, она катилась по инерции. Ливень оглушительно колотил по крыше. Малдер поворачивал в замке ключ зажигания. Замок отзывался скрежетом.