Не спала только Лия: с интересом наблюдала за бескрайними полями и неторопливо проплывающими кустистыми облаками. Это была не просто поездка на финал конкурса — это было судьбоносное путешествие, после которого решится вся её дальнейшая судьба.
Путешествие прошло спокойно: ночевали в придорожных тавернах, если таковые попадались по пути, если нет, останавливались на живописных полянках и готовили пищу на костре. В дормезе было два спальных места для женщин, лорд Рэнли ночевал у костра, рядом с солдатами, на тугом матрасе, набитом соломой. И вот к концу недели, дормез замедлил ход: они подъезжали к границе двух королевств
Стража Эмеральда была немногословна, оно и понятно: их задача — охранять страну, а не болтать с редко проезжающими путешественниками. Лия показала главному гвардейцу грамоту победительницы конкурса и спустя пару минут лошади и стражники Игла уже мчались в столицу Эмеральда, богатый город Парис, находившийся от границы всего в трёх сутках пути.
Глава 35
Лия
На подъезде к столице Эмеральд я прильнула к окну кареты, как завороженная; нос из окна высунула и моя компаньонка, леди Марта. Лорд Рэнли и вовсе не обратил внимание, что наше недельное путешествие подошло к концу: пока мы восторгались красотами города, старик досматривал свой десятый (не меньше) сон.
А восхищаться было чем. Уставших путников встретил огромный забор с резными воротами. За ними — поля с различными злаковыми культурами и прочими посадками. Внутри же — Парис, величественная столица королевства Эмеральд. После грустного и хмурого Игла (увы, он и в подмётки не годился Парису — но это пока) внимание привлекал каждый дом, улочка и строение.
В жилых кварталах можно найти множество домов: двух и даже трёхэтажных, с резными фасадами. Каждый был уникален: чем богаче фантазия жильцов, тем красивее и вычурнее фасад. Трактиры с часовнями, гостиницы, магазинчики и огромная рыночная площадь — все они расположились на чистых, вымощенных мелким камнем, улочках.
«Об этом месте лишь стихи и любовные романы писать», — подметила я.
Сердце города — королевский замок, чьи высокие белые башни виднелись ещё на подъезде к самому Парису. Величественное строение со стройными башнями и зубчатыми стенами прямо на берегу реки — он словно только что сошел со страниц сказки! К нему, словно сосуды, вели дороги: широкие, ровные. Невооружённым глазом видно: город процветает, а король и подданные живут в достатке.
И вот я здесь, вижу всё это великолепие. Даже стало немного обидно за уже ставший родным Игл: ну, ничего, скоро всё изменится к лучшему!
«Вот выиграю конкурс, — шальная мысль мигом пронеслась в моей голове, — и вместе с Рикаром преобразим город до неузнаваемости»
Вместе с королем? Это был самый лучший расклад их всех возможных — мысленно нашу совместную жизнь, в любви и радости, я промотала на десятки лет вперёд. Интересно, сбудется ли?
А тем временем я с жадностью разглядывала зелёные улочки и яркие вывески — глаза ох как соскучились по прекрасному! Наконец-то проснувшийся лорд Рэнли ненадолго прервал моё любование.
— Мы ещё в пути? — сонный артефактор украдкой бросил взгляд в окно кареты, — разбудите меня, когда мы окажемся на месте, — на этом глаза советника сонно сомкнулись вновь.
До гостиницы, в которой мы проведём ближайшие пару дней, оставалось совсем немного. Уснувший советник знал одно очень хорошее место: именно туда мы и направлялись. Никогда в жизни я так сильно не мечтала о мягкой перине и горячем ужине: неделя поездки далась моей уже затекшей пояснице очень непросто.
Свернув в малоприметный переулок, мы, наконец-то, оказались на месте. Гостиница «Ритц» расположилась в одном из двухэтажных домой на тихой улочке. Тишина, спокойствие — то, что надо после недели изнурительного пути!
В нос ударил аромат свежей выпечки — ммм, вкусно пахнет! Просторный холл был заставлен горшками с цветущими растениями, а небольшая винтовая лестница вела наверх к заветным номерам.
Мой располагался в самом углу дома. Подойдя к двери, вставила тяжёлый резной ключ в замочную скважину. Створка открылась с лёгким скрипом.
Комната была небольшой, но уютной, а приличных размеров кровать радовала глаз. Единственное окно выходило прямо на городскую улицу — было слегка шумно, но сейчас меня это мало заботило.