Но вот к нам подкатывает крошечный «фиат». Из него выскакивает невысокий сухощавый человек, одетый в европейское платье. Это Винсент Амасурая — наш шофер и гид. Тут же мы узнаем, что у него два дома в Коломбо, а за городом — земельный участок. Кроме того, он состоит на службе, куда ему вовсе не обязательно являться каждый день. Поэтому он успевает еще возить по острову туристов.
— Простите, но как ехать? — удивляется Олег Скалкин. — Мы просто не поместимся все в вашем автомобиле.
— Как не поместитесь? — спокойно отвечает гид. — У меня все рассчитано. Очень даже поместитесь. Двое сядут рядом со мной, трое сзади. Кто-нибудь свесит ноги в багажник. Попробуйте…
Мы пробуем и помещаемся. Правда, посадкой руководит наш гид.
— Вы вот, — хлопочет он, — будете смотреть вон в то окно, только выньте руки из карманов, их вам лучше скрестить на груди. Вы подожмите ноги, а вот вы, наоборот, вытяните их. Ну и отлично.
— М-да, — вздыхает Ле Чен, зажатый со всех сторон своими мощными соседями. — Но что поделаешь, надо ехать. Уже начался период проливных муссонных дождей, и через день-другой в путь собираться будет поздно.
— С муссоном не шутят! — поддерживает его Винсент Амасурая. — Зальет дороги — не проедешь. Я вижу, вы не очень довольны моей машиной. Поэтому я сбавляю цену на двадцать пять рупий с человека. Дешевле никак нельзя. Я беру вас на свой пансион, буду платить за питание и гостиницу.
Может быть, потому, что, забравшись в машину, никто из нас уже не в состоянии выбраться из нее без посторонней помощи, мы соглашаемся ехать с Винсентом Амасурая. Наш гид устраивается поудобнее, снимает ботинки и нажимает босой ногой на стартер. Фыркая и чихая, машина делает прыжок и срывается с места.
…Только мы выехали из Коломбо, как оказались в густом тропическом лесу. Деревья стоят настолько тесно, что их кроны сходятся в один огромный зеленый шатер. Эта живая крыша дает сплошную тень и спасительную прохладу.
Без топора по лесу передвигаться невозможно. Между исполинских стволов пробивается молодняк, ниже его — колючий кустарник, еще ниже — пышная трава. И все это смешалось, сплелось, встало непроходимым барьером по бокам шоссе.
Лесные породы деревьев нам незнакомы. Какие-то большие деревья стелются своими стволами прямо по земле, на других распустились сказочно большие красные цветы.
— Видите гигантские стволы? — приходит нам на помощь Амасурая. — Это атласное дерево. Вон гадапора. А это надун.
Ровной стрелой прорезает дебри автомобильная дорога. Непередаваемо величав и красив тропический лес. Все темнее вокруг, все прохладнее.
— Это уже джунгли? — спрашивает у гида Ришард Фрелек.
— Нет, до джунглей еще далеко. Тут кругом живут люди.
И словно в подтверждение его слов, чаща неожиданно расступается, и у самой дороги появляется десяток хижин маленькой лесной деревни. Строения очень просты: несколько бревен, положенных друг на друга и покрытых сверху высушенными пальмовыми листьями, — вот и вся хижина.
Жак Кан предлагает:
— Давайте считать слонов. Сколько мы их увидим? Кто первый заметит слона, тому фант.
Мы охотно принимаем предложение. Правда, в игре могут принять участие не все: Олегу Скалкину и Ле Чену, сидящим в середине, ровным счетом ничего не видно.
Ле Чен пытается высунуться из-за затылка Винсента Амасурая. Вскоре он заявляет, что как будто бы видит на дороге слона. Оказывается, это не слон, а лавка. Под ее навесом смуглый юноша торгует кокосовыми орехами. Вместо брюк на нем кусок материи, расписанный цифрами, испещренный изображениями книг, коробок, бутылок, в руках у продавца черный дождевой зонт.
Наш проводник останавливает машину, и мы пользуемся случаем, чтобы поразмяться.
— Хотите отведать кокосовое молоко? — спрашивает он.
Получив утвердительный ответ, Винсент покупает шесть огромных орехов, вынимает из багажника острый нож и пробивает им отверстие в тупом конце плода. В орехе литра два мутноватой тягучей жидкости, напоминающей по вкусу сок недозрелого арбуза.
— Что, не нравится? — спрашивает нас Амасурая, который уже успевает осушить свой орех. — Прекрасно утоляет жажду. Конечно, к кокосовому молоку нужно привыкнуть. Для меня же кокосовое молоко — лучший в мире напиток!
Затем с большим трудом мы снова усаживаемся в машину.
Стройные кокосовые пальмы, на которых гроздьями висят золотистые плоды, попадаются нам на всем пути, начиная от самого Коломбо. Мы едем все еще где-то недалеко от берега, потому что до нас доносится глухой рокот океанского прибоя.