Подобный «общий порядок» пытаются завести отдельные сотрудники некоторых магазинов самообслуживания, по своему выбору обыскивающие покупателей.
— Делаем это, — объясняют нам, — для профилактики, чтобы устрашить возможных злоумышленников.
Дико, что этот произвол каким-то образом уживается с введением новых и действительно прогрессивных форм торговли. В одном месте обыскали пенсионерку в присутствии двух внучек девяти и одиннадцати лет, ничего, понятно, не обнаружили, но даже и не подумали извиниться.
— А что, разве теперь не нужно ловить жуликов, выявлять пьяниц? — наверняка, воскликнет изобретатель единых алкогольных билетов А. А. Белохвостиков, прочитав этот фельетон.
Нет, почему же, нужно. Нужно бороться за высокую культуру быта, строго взыскивать с нерях, превращающих прекрасные дома в какое-то подобие конюшен. Не давать спуску пьяной компании, приводить хулиганов в чувство на улице, в клубе, в коммунальной квартире. Наказывать мелких людишек, норовящих стащить подушку из гостиницы или пакет с колбасой из универсама.
А еще надо бороться с хамами и пошляками, которые, меряя всех на свой аршин, подозревают в каждом человеке разбойника с большой дороги и, действуя якобы из лучших побуждений, никогда не пройдут мимо без того, чтобы не оскорбить наше достоинство.
1972 г.
ИСПОРЧЕННЫЙ ТЕЛЕФОН
Детям свойственно развлекаться. Сами и с помощью взрослых они придумали массу разнообразных игр и забав. Иногда ребятишки вспоминают старую игру в «испорченный телефон». Они садятся рядком, и ведущий шепчет соседу какое-нибудь имя, например, Ваня. Слово передается на другой конец по цепочке, и последний играющий должен встать и сказать, что же он услышал. Очень часто бывает, что услышал он совсем другое: Ваня уже превратился в Маню.
Эта ребячья игра, увы, встречается и во взрослых вариантах. В иных учреждениях образуется такая же удивительная цепочка. На одном ее конце толкуют про Фому, а на другом слушают и разумеют про Ерему.
Вернемся, однако, к детям.
У гражданина Б. родился ребенок. Этим сказано очень многое, но еще далеко не все. Отцам всегда не терпится узнать, кто именно родился: мальчик или девочка — и что в связи с этим надо покупать — куклы или хоккейные клюшки.
Гражданин Б. звонит в роддом:
— Скажите, сын или дочь?
И получает информацию крайне расплывчатую и противоречивую. В детский универмаг он уже не идет. Встревоженный родитель приезжает в редакцию и подает заявление:
«В моей жизни произошел кошмарный случай. Моя жена 3 мая родила сына, что было зафиксировано в документах. Через сутки мне звонят из родильного дома и говорят: произошла ошибка, вместо мальчика у меня девочка. Прошу помочь мне разобраться: кто же на самом деле у меня — сын или дочь?»
Мы связываемся с главным врачом роддома П. Я. Белокопытовым и ввиду чрезвычайности обстановки «просим как можно скорее сообщить, в чем же дело. Главврач откликается быстро. Со всей ответственностью он удостоверяет, что родилась все-таки девочка:
«В это время рожала только гражданка Б., поэтому других новорожденных в родильном зале не было».
Итак, младенец был один во всем зале, возле него хлопотало всего двое медработников, и эти двое друг друга почему-то не поняли, к общему мнению не пришли и перепутали все на свете.
«Акушерка Бугаева, — сообщает главврач, — зная, что родилась девочка, ошибочно записала пол ребенка «мальчик». Дежурный врач Выпеляев Б. И. также ошибочно записал со слов акушерки в историю родов пол ребенка «мальчик». В истории же развития новорожденного пол записан правильно: «Девочка»…
Поди теперь разберись, кто куда что записал и кто кому что сказал! Утешает лишь то, что путаница произошла с документами, а не с детьми, а это было бы уже совсем дико и непоправимо!
О, это великое и пока так медленно убывающее племя путаников! Предприятие просит свой главк выделить мешкотару, крайне необходимую ему для упаковки готовой продукции. Оно отправляет десять телефонограмм и вдогонку шлет еще «толкача». Наряды проходят пять инстанций, каждая из которых дает свое «добро». И вот наконец, на фабрику приходит вагон. Но в нем совсем не мешки, а какие-то шестеренки, втулки и, что совсем уж странно, печные заглушки…
В уральское село Воротилино прибыл лектор из области. Легким леопардовым шагом он вбежал на трибуну, отпил из стакана воды и на виду всего зала полез за словом в карман. Он извлек свернутую трубкой рукопись и простер руку вперед.