Ха… Попробовать то, что я уже делаю? Серёга, не забывай о принципах! На работе нельзя! Да, у нас сегодня запланирован визит в грузинский ресторан. Да, столик забронирован на двоих. Но это ничего не значит! Ничего, да?
Снова пиликнул телефон. Ха Юн прислала свою фотографию в довольно откровенном наряде с подписью:
«Как думаешь, ему понравится?»
Пу-пу-пу… Скорее бы они замкнулись друг на друге. Надо посоветовать Киму Тхе быть с девушкой понастойчивее.
Я, правда, с трудом себе его представляю в такой ипостаси, но всё же.
Глава 4
— Совсем как манду, — сказала Со Ён, когда перед нами поставили тарелочку с хинкали. Ну, хоть пельменями не назвала и то ладно. Девушка держалась уверенно и гордо, однако когда я руками взялся за хвостик хинкалины и, прокусив вкусняшку, высосал бульон — благородные эмоции богатой девочки схлынули, заменив собою почти презрение. Словно я в скатерть высморкался, а то и ещё чего похлеще.
— Это аутентично, милая Со Ён, — пришлось развеять гневное осуждение. — Их так и едят. Поверь мне, если ты начнёшь пилить их ножом на глазах у грузина — он тебя зарежет.
Не уверен в правильности выбора довода, но он подействовал. Со Ён изумлённо покачала головой, и принялась за своё блюдо. Под моим нажимом она заказала оджахури. А вот от алкоголя отказалась наотрез. Попросила лишь воды.
Пока мы ехали в ресторан из офиса, на такси, то общение наше было немножечко напряжённым. В прелестной головке Со Ён явно происходили какие-то невероятные процессы, и она то расцветала в улыбке, смеясь моим шуткам, то застывала, будто у неё внезапно стрелял зуб. Доконал папаша дочку.
Я на рожон не лез, развлекая девушку и мягко сбрасывая с неё груз тяжёлых мыслей. Тут немножко внимания, там чуть-чуть. Никакого форсирования событий и при этом не сеанс психоанализа.
Однако не удалось. Причем бабахнуло совсем неожиданно. Нам как раз принесли хачапури, и в этот момент Со Ён сказала:
— Я обещала отцу выйти замуж за этого Ли…
Сказала, как в воду прыгнула. Я взялся за бокал с вином, отпил глоток, не отрывая взгляда от смутившейся девушки.
— Он ведь почти умер из-за меня. Я ведь довела его до этого, да?
— Сомневаюсь, — вставил я, но меня не слушали.
— Если бы не моё упрямство, ничего бы не было. Наверное, я зря вернулась в Сеул. Мне кажется, что я вдруг оказалась на войне, и вокруг нет ни одного союзника.
Хм…
— Прости. Нет. Ты исключение. Единственный человек в Южной Корее, кто помогал мне. Пусть и небескорыстно, но ты в меня поверил. Ты рискнул. Ты столько сделал…
Она торопливо опустила взгляд.
— Я обещана другому…
От улыбки сложно было удержаться, но у меня получилось. Вы тут мне любовный роман не делайте, уважаемая. Хрен вам, а не романические дуэли.
— Ну, значит не судьба, — я приподнял бокал, салютуя.
— Ты так и отступишься⁈ — опешила Со Ён. — Просто отойдёшь в сторону?
Я положил себе кусочек хачапури, отрезал небольшой ломтик и аккуратно положил его в рот. Улыбка так и лезла на лицо, но я сражался с ней как крестоносец против язычников. С руганью во имя Господа.
— Ты смеёшься надо мною⁈ — ахнула девушка. Так, во мне слишком заметны скрываемые эмоции. Плохо. Но сначала прожевать. Тщательно, неторопливо и наслаждаясь бурей чувств на красивом лице.
— Со Ён, откуда в тебе это? — сказал я наконец. — Ты же вроде как сильная независимая женщина, с европейским образованием! Что за «отойдёшь в сторону» и «обещана другому»? Нет, я сторонник традиционных ценностей и счёт пополам делить не буду, но надо же и меру знать! Откуда в тебе это вдруг⁈
— А в тебе откуда? — прищурилась Со Ён. — То строил из себя невинность и деловой айсберг, а когда я отчаялась — вдруг зовёшь на свидание! Почему⁈
— Я очень необычный.
— Это заметно!
— Не меняй тему, — подмигнул я ей. — Ты сама выбираешь свою жизнь. Не папа, не этот твой Ли.
— Он не мой!
— Это временная история, — ехидно улыбнулся я. Ничего не могу с собой поделать. От возмущения Со Ён широко распахнула глаза и приоткрыла рот, но слова отповеди сорваться с губ не успели.
— Всё, прости. Не удержался, — да, получилось слишком жёстко. — Однако всё в жизни есть твой выбор. Ты дала слово — держи. Я бы на месте твоего папы ещё бы и на жалость надавил. Бизнес есть бизнес. Семья есть семья. Металлургия есть…