Мне не хотелось мариноваться в его сперме, поэтому я попинал одеяло, пока не появился просвет с той стороны, где я прижимался ко все еще тяжело дышащему Джейкобу.
Я улегся щекой ему на грудь и задумался, почему у меня заняло так много времени осознание, что Джейкоб никогда и не ждал, что я буду словно попугай повторять его грязные словечки. Его заводил мой собственный букет психозов. Странно ли это настолько, насколько мне кажется?
- Иди ко мне, - Джейкоб подгреб меня к себе, почти засыпая. Прижался своим липким животом ко мне. – Я тебе отсосу.
Мой член дернулся на такое заманчивое предложение. Его эспаньолка выглядит еще симпатичнее, когда обрамляет мой стояк. Но беспокоило, что согласившись, я могу упустить столь редкий и чуткий момент.
- В другой раз, пожалуй, - ответил я и подумал, куда катится мир, если я предпочел только пофантазировать о минете.
- Да ладно тебе, - Джейкоб был таким сонным, что казался пьяным.
Я немного приподнялся и, протянув руку через его грудь, выключил ночник. Не успел свет погаснуть, Джейкоб уже похрапывал. Улегшись обратно, я просунул между нами одеяло, чтобы утром не почувствовать себя мухой на липкой ленте. Какое мне дело? Стирка – не моя забота.
Надо бы сказать Лизе, чтобы она оставила стирку Джейкобу. И не важно, есть у нее трое братьев или нет.
========== Глава 12 ==========
К тому моменту, как я проснулся следующим утром с прилипшим к груди одеялом, Джейкоб уже ушел. Прелестно. Я позвонил Бобу Зиглеру, и ему оказалось совершенно все равно, возьму я отгул или нет. На нем висела целая тонна бумажной работы по замерзшей насмерть дамочке, гонявшейся за кошкой, и ему, наверняка, проще ей заниматься, когда я не торчу у него над душой, сидя с другой стороны стола и складывая фигурки из скрепок.
Отмываясь в крохотной ванной, примыкающей к спальне, я раздумывал, насколько реально затащить наверх душевую кабину. Последней владелице фабрики - художнице, имевшей право на пятидесяти процентную скидку на кофе в Макдональдсе - наверное, никогда не приходилось думать о слоняющихся по дому гостях, измазанных засохшим семенем. Но мы с Джейкобом обсуждали кое-какие практичные соображения на тот случай, если у нас пороге вдруг объявятся посетители.
Учитывая, что не было краснеющих щек и неловкости, пока мы с Лизой заполняли наши дорожные кружки кофе, я сделал вывод, что прошлой ночью вел себя достаточно тихо. И что Лизе не показалось странным, почему наверху почти пятнадцать минут в раковину текла вода.
По пути к двери мы дожевывали последние кусочки тостов.
- Все еще похоже на укус? – спросил я Лизу и наклонил голову, чтобы она могла рассмотреть мою шею.
- Ага.
- Проклятье.
- Могу замазать тональным кремом.
- Э-э, нет. Еще не хватало ходить на работу с макияжем, - я зашел в нижнюю ванную – единственную, где был душ – и заклеил укус пластырем.
- Когда у нас сестрой замечали засосы, мы говорили, что обожглись плойкой.
- И кто-нибудь верил?
- Нет, наверное.
Когда мы добрались до Роузвуда, в холле обнаружились двое патрульных, и новая пара копов у двери в комнату 304. Ни у одного из них в руках не было стаканов с кофе. Джейкоб сидел на кровати и перебирал веер из блокнотных листов, а Каролина хмуро смотрела в компьютер, и оба делали это в полнейшей тишине, когда мы с Лизой зашли в комнату.
- Вы собираетесь потратить «си-но» сразу, - спросил я, - или не будете спешить и растянете на весь день?
- Смотря, как пойдет, - ответила Каролина. – Джейкоб говорит, ты вчера видел призрака, - о, господи. А он не упомянул о том, что мои пальцы были у него в заднице, когда я об этом рассказывал? – Думаешь, он как-то связан с делом?
- Может быть, - я пожал плечами. – Трудно сказать. У нас не было возможности поболтать.
- Сможешь его найти? Мне бы хотелось, чтобы ты установил с ним контакт до того, как мы с Джейкобом воспользуемся «си-но».
Любопытная тактика. В их распоряжении находились два дополнительных «психа» - Лиза и я – и надо было правильно расставить приоритеты. Мой талант они использовали раньше, чем дар Лизы. Для них я менее ценный расходный материал? Или воспользовались преимуществом, раз уж я не устанавливал никаких ограничений на свою готовность охотится на призраков, кроме обещания, что остановлюсь, если увижу нечто такое, с чем не смогу справиться? Я взглянул на Лизу, таращившуюся на изображение Ирэн на мониторе. А я бы смог принять мысль, что кроме меня существует еще один сильнейший паранорм.
- Идем, - окликнул ее я. – Прогуляемся.
С того момента, как я вошел в комнату, Джейкоб смотрел на меня так, словно хотел съесть заживо. Уголки его губ приподнялись, когда я наконец встретился с ним взглядом. Может, это даже к лучшему, что у него нет сверхъестественного дара. А если бы был, то наверняка умение раздевать меня догола одним только взглядом.
Я попытался придать себе суровое выражение лица. Но Джейкоб, очевидно, плевать хотел на все мои «суровые лица». Он скользнул взглядом по мне сверху вниз и снова поднял глаза. Я подумал, а не начала ли уже исчезать моя одежда.
- Вик, - позвала Лиза. – Ты идешь?
- А-ага, - я повернулся спиной к давящему взгляду Джейкоба. Он продолжал пялиться, с этой его загадочной полуулыбкой, замершей на лице. – Пойдем поищем привидения.
Выйдя наконец за дверь, я увидел, что патрульные торчат у комнаты Ирэн, а не у номера 304. У них был такой вид, словно они готовы бежать и что-то делать, но не знают, что именно делать и с чем.
- Мэм, мне стоит?.. Мэм? Что за?..
Из комнаты Ирэн доносился звук, как будто там душили кошку.
Люди, если с ними все нормально, не издают подобных звуков. Мой мозг мгновенно перебрал ответы Лизиного «си-но» - Ирэн могла и не могла быть изнасилована, но она не страдала от старческого слабоумия и не была сумасшедшей. Нападавший был человеком.
Призрак.
Бездомный чувак.
- С дороги, - рявкнул я. Один из патрульных подпрыгнул. Я уже собрался достать пистолет, но передумал. Оружие бесполезно против призрака. А если там не призрак, тем более не хотелось бы завершить расследование, вызвав у Ирэн сердечный приступ.
Оба копа прижались к косякам двери, и я, протиснувшись между ними, вошел в комнату Ирэн. Я ожидал увидеть гору одеял, размытого и потрескивающего полупрозрачного призрака, или хотя бы взмах полы грязного, драного плаща.
Но вместо этого я увидел только старуху, лежащую в кровати. Раздутое, словно пляжный мяч, туловище, и тонкие, как пара веточек, руки. Седые волосы накручены на бигуди и кожа, висящая складками.
Она наставила на меня палец.
- Ты! – взвизгнула она, и я вздрогнул. Ничего себе голос. - Ты тот самый. Он рассказывал мне про тебя. Какого черта ты о себе возомнил?
Я вытаращился на нее.
- Катись к черту и оставь нас в покое.
- Послушайте, я думаю, что вас… - начал было я.
- Ты меня слышал. Убирайся отсюда! Пошел!
- Мэм, - проклятье, я произнес «мэм» с той же интонацией, что и патрульные в коридоре. – Вам надо успокоиться…
- Успокоиться? Я покажу тебе «спокойствие». Вы, люди, никак не можете оставить нас в покое! Убирайся! Вон!
В коридоре произошло какое-то волнение, но я не разобрал, что там случилось, потому что полностью сосредоточился на Ирэн.
- Вы сказали «оставь нас в покое», - снова попытался я вставить хоть слово. – Кто «мы»? И кто такой «он»?
- Я позвоню в газету, вот что я сделаю. Вы не имеете права врываться сюда без моего разрешения. А я не разрешала вам здесь находиться! Пошел вон! Убирайся к черту!
Я вздрогнул, когда мне на плечо опустилась рука.