небе они увидели летающую тарелку. Она остановилась, зависла над ними, а после улетела влево от своей прежней траектории. Алиса рассказала, как в детстве ее похитили инопланетяне, после чего она стала видеть ауры людей и предметов. Вся группа оживилась.
- Я тоже в детстве видел ауры предметов, - присоединился к разговору один из участников группы, молодой светловолосый паренек. – Однажды я рассказал об этом родителям, и они меня стали ругать за мои «фантазии». Тогда я по секрету поведал об этом своей старшей сестре. А она рассказала родителям. Сдала меня по полной программе. И так круг замкнулся. Родители водили меня по каким-то врачам, которые только разводили руками, не зная, что сказать. Тогда я затаился и перестал рассказывать об этом. И даже стыдился такой своей особенности. А потом подрос и перестал все это видеть.
- Да! Весело! – засмеялись ребята. – Если ты не такой как все, не понятен, то синоним – «опасен».
- Ничего страшного, - спокойно изрекла Лирия, - это говорит о том, что в тебе есть эти способности, просто ты перестал ими пользоваться. Но если будешь работать над этим, то разовьешь их в себе.
Лирия стала общаться на эту тему с этим пареньком, а вся группа продолжала весело болтать между собой. Все были заняты своими делами. Кто-то следил за огнем, кто-то строгал из дерева причудливые фигурки, кто-то делился недавними впечатлениями. Женщины занимались своими делами. Неподалеку уже разбивались палатки. Работа кипела. Всем было весело, атмосфера была дружественная и непринужденная. Вскоре чай был разлит по кружкам, и вся веселая компания объединилась у костра.
- Народ, а давайте гитару по кругу! – предложила бойкая молодая девчонка. - Давайте! – радостно отозвались все.
Этот незатейливый «ритуал», пришедший к нам еще со времен начала создания КСП (клубов самодеятельной песни), оказывается, был хорошо принят у современной молодежи. Каждый человек по очереди брал гитару и пел ту песню, которая ему нравится. А все остальные ему весело подпевали. Если кто-то не умел играть, за него играл его сосед, а он пел свою песню. Всем было весело, пение сближало и сплачивало людей.
перерывах между песнями по обыкновению рассказывались туристические истории вперемешку с вымыслом, юмором и реальными фактами.
– Знаете, однажды, когда я была в походе, в наш палаточный лагерь пришел медвежонок, – начала рассказывать одна женщина.
- О! Здорово! Он, наверное, хорошенький? - оживились все сидящие у костра.
- «Хорошенький»! – с сарказмом произнесла она. - Увидев его, мы все тоже впали в умильное состояние, пытались его чем-то угостить. Но только не наш старший. Он очень быстро собрал всех в одну палатку и строго приказал всем молчать и не шевелиться.
- А почему? – наивно спросила Алиса.
- Потому, что рядом с ним всегда ходит мама, и если он, не дай Бог, пискнет, она тут же впадает в неописуемую ярость и может порвать любого в ноль секунд.
- Ага! Как тузик грелку, - отозвался мужчина средних лет. - Я не раз слышал от охотников, что инстинкт защиты детенышей делает ее абсолютно слепой и яростной. А почему она, интересно, с медвежонком в лагерь не вошла?
- Она боялась и стояла поблизости, охраняла его. Видимо, уже раньше ей доводилось встречаться с людьми. Опытная была. А ему разрешила немного «побаловаться». Он все обошел, обнюхал, слопал банку сгущенки и пошел дальше за своей мамашей.
- Как это? Слопал?
- Очень просто. Зубками. У них знаешь, какие челюсти мощные!
- Так она же запечатана герметично. А читать этикетки медведи пока еще не научились.
- А им и не надо. Знаешь, какой медведя нюх! Это тебе кажется, что банка запечатана герметично, а для него она источает запах. Он по этому запаху даже из земли банку консервов может выкопать. Он еѐ изжевал всю так, что она превратилась в искорѐженный кусок железа. Лакомство съел, а железку выплюнул и ушел. Мы потом долго еще разглядывали эту «банку». Или то, что от нее осталось. - Это еще что! – отозвался мужчина средних лет. – У меня дядька служил на севере. На аэродроме. Обслуживал самолеты. И вот однажды стоит он у самолета. Чувствует – его кто-то по плечу задел. Оборачивается – а там Михайло Потапыч стоит. Собственной персоной. Тот как заорет! И с перепугу на крыло самолета так и запрыгнул. Медведь, конечно, наутек. Дядька охолонул маленько. Смотрит, а высота-то большая, слезть сам никак не может. Стал кричать: «Люди! Помогите! Люди!». Люди пришли, спрашивают: «Ты как туда залез?!». А он им: «Медведь помог!». А они только смеются в ответ: «Ага! Пришел и подсадил!».