Выдающийся французский ученый Жорж Кювье — зоолог, один из реформаторов сравнительной анатомии, палеонтологии и систематики животных, почетный иностранный член Петербургской Академии наук — научно обосновал, что в истории Земли периодически повторяются события, внезапно изменяющие характер залегания горных пород, рельеф земной поверхности и органический мир. «В физической истории, — писал Кювье в работе «Рассуждения о переворотах на поверхности земного шара и об изменениях, какие они произвели в животном царстве», — нить процессов обрывается, поступь природы меняется и ни один из факторов, используемых природой ныне, нельзя признать достаточным для работы, выполненной в прошлом». Периодические отступления и вторжения моря на сушу «не все были медленны, не все происходили постепенно; наоборот, большая часть катастроф, их вызвавших, была внезапной, и это легко доказать, в особенности в отношении последней из них, которая двойным движением затопила, а затем осушила наши современные континенты или, по крайней мере, большую их часть. Она оставила в северных районах трупы крупных четвероногих, которых окутали льды и которые сохранились до наших дней вместе с кожей, шерстью, мясом. Если бы они не замерзли тотчас после того, как были убиты, гниение разложило бы их. С другой стороны, вечная мерзлота не распространялась раньше на те же места, где они были захвачены ею, ибо они не могли бы жить при такой температуре. Стало быть, один и тот же процесс и погубил их, и оледенил страну, в которой они жили.
Это событие произошло внезапно, моментально, без всякой постепенности, а то, что так ясно доказано в отношении этой последней катастрофы, не менее доказательно и для предшествовавших. Разрывы, поднятия, опрокидывания более древних слоев не оставляют сомнения в том, что только внезапные и бурные причины могли привести их в то состояние, в котором мы их видим теперь; даже сила движения, которую испытала масса вод, засвидетельствована грудами осколков и окатанных валунов, которые переслаиваются во многих местах с твердыми слоями. Итак, жизнь не раз потрясалась на нашей земле страшными событиями. Бесчисленные живые существа становились жертвой катастроф: одни, обитатели суши, были поглощаемы потопами, другие, населявшие недра вод, оказывались на суше вместе с внезапно приподнятым дном моря; сами их расы навеки исчезли, оставив на свете лишь немногие остатки, едва различаемые для натуралистов.
К таким заключениям необходимо приводит рассмотрение объектов, которые мы встречаем на каждом шагу, которые мы можем проверить каждую минуту почти во всех странах. Эти великие и грозные события ярко запечатлены повсюду для глаза, который умеет читать историю по ее памятникам. <…>…Все заставляет нас думать, что вид человека не существовал в тех областях, где находят ископаемые кости, погребенные в эпоху переворотов, так как нет никакой причины, чтобы он целиком мог избежать таких общих катастроф, и чтобы остатки его не могли встречаться теперь наравне с остатками других животных. Отсюда, однако, я не хочу делать вывода, что человек совершенно не существовал до этой эпохи. Он мог жить в каких-нибудь небольших областях, откуда мог заселиться после этих ужасных событий; возможно также, что те места, где он жил, были окончательно разрушены и кости его погребены на дне современных морей, за исключением небольшого количества особей, которые и продолжали его род.
Как бы то ни было, обоснование человека в странах, в которых, как мы сказали, находятся ископаемые наземные животные, то есть в большей части Европы, Азии и Америки, должно было произойти не только после тех переворотов, при которых эти кости животных были погребены, но и после тех, которые обнажили слои, их содержащие… Отсюда ясно, что ни в самих этих костях, ни в более или менее значительных скоплениях камней и земли, их прикрывающих, нельзя почерпнуть никакого аргумента в пользу древности человеческого рода в этих странах».
Приводя физические доказательства относительной новизны современного состояния континентов, Кювье говорит: «Подробно исследуя то, что произошло с того времени, как… континенты приобрели современный вид, по крайней мере, в их сколько-нибудь возвышенных частях, ясно видно, что этот последний переворот, а следовательно, и обоснование наших современных обществ не могли быть очень древними. Это один из наиболее хорошо доказанных и в то же время наиболее неожиданных выводов здравой геологии, — вывод, тем более ценный, что он связывает непрерывающейся цепью историю естественную с историей гражданской.
Измеряя эффект, производимый в определенное время ныне действующими силами, сравнивая его с тем эффектом, который эти силы произвели со времени начала их действия, удается приблизительно определить момент, когда началось их действие, момент, который необходимо должен совпадать с тем, когда континенты приняли их современный облик… Действительно, именно начиная с этого отступления, наши современные обрывы начали осыпаться и образовывать у подножья холмы из обломков; с этого же времени начали течь наши реки и отлагать свои наносы; начала распространяться современная растительность и образовывать перегнойную почву, наши береговые скалы начали подтачиваться морем, наши современные дюны начали сбрасываться ветром; так же как с этой же эпохи начали, или вновь начали, распространяться человеческие колонии и обосновываться в местах, где это допускала природа… Чрезмерная древность, приписываемая некоторым народам, не заключает в себе ничего исторического…Природа повсюду говорит нам одним и тем же языком: всюду она говорит, что настоящее состояние вещей не имеет большой древности; и, что еще замечательнее, человек говорит нам то же, что и природа, обратимся ли мы к подлинным преданиям народов или будем исследовать их моральное», политическое и интеллектуальное состояния. «История народов подтверждает сравнительную недавность континентов…
Хронология ни одного из народов запада не восходит связанной цепью дальше, чем на три тысячи лет. Ни один народ не может представить нам до этого времени ни даже два, три века спустя, с какой-либо долей вероятности, связанную цепь событий… Из истории Западной Азии мы имеем лишь несколько противоречивых отрывков, которые восходят сколько-нибудь последовательно лишь на двадцать пять веков назад… Первый светский историк, труды которого мы имеем, Геродот, имеет давность не более двух тысяч трехсот лет. Предшествующие историки, у которых он мог черпать, старше его лишь на сто лет. О том, что они собой представляли, можно судить по нелепостям, сохранившимся в отрывках от Аристея Прокоинезского и некоторых других. До них мы имеем лишь поэтов. Гомер самый древний, какого мы имеем, Гомер, учитель и вечный образец для всего Запада, удален от нашей эпохи лишь на две тысячи семьсот или две тысячи восемьсот лет… Так же точно преувеличена древность некоторых горных работ».
Та последняя катастрофа, о которой упоминает Кювье, действительно произошла недавно — около 2500 лет назад. Это был весьма непродолжительный период времени, в течение которого распался суперконтинент Пангея с образованием ныне существующих шести материков. Распад Пангеи, согласно Вегенеру и другим, происходит следующим образом: вначале суперконтинент раскалывается на два — Лавразию, включающую в себя Северную Америку, Евразию, и Гондвану, в составе которой — Африка, Южная Америка, остров Мадагаскар, Индостан, Австралия и Антарктида. Затем Северная Америка откалывается от Евразии. Распад Гондваны происходит в следующей последовательности: от Африки отходит Южная Америка, а затем от Индостана откалывается Австралия с Антарктидой, и далее от Африки отходит Индостан, а Австралия отделяется от Антарктиды (рис. 10.2).
«Восстановление по геолого-геофизическим данным расположения и конфигурации континентов в прошлом, — пишет российский ученый К. С. Лосев (1985), — свидетельствует о том, что они то собирались в единый ансамбль, формируя один суперконтинент, то расходились в разные стороны». По современным представлениям, одной из главных причин объединения и разъединения материков являются конвективные течения в мантии, точнее, смена одноячеистой конвекции в мантии на двухъячеистую. «Обе структуры конвекции, — отмечает Лосев, — неустойчивы и регулярно (в геологических масштабах времени) переходят одна в другую. <…> При одноячеистой конвекции все материки объединялись в единый суперконтинент, а при двухъячеистой — суперконтинент раскалывался на части, которые дрейфуют в сторону вновь возникших нисходящих потоков в мантии. В эпохи установления одноячеистой конвекции тектоно-магматическая активность Земли повышается в несколько раз». Во время установления двухъячеистой конвекции эта активность Земли также увеличивается.