До того момента я не видела, чтобы все работники агентства собирались сразу в одном месте, а потому мне это немного напоминало «сбор стада». И хотя предполагалось, что здесь мы должны расслабиться и отдохнуть, все модели настороженно поглядывали друг на друга, мысленно отмечая, кто во что одет, и пытливо высматривая неудачниц, которые вот-вот покинут наши стройные ряды.
Дженетт тоже пришла на праздник, оживленная и улыбчивая. Естественно, выглядела она сказочно. Начав болтать о своей квартирке, она перешла к очередному контракту с рекламной компанией и знакомству с «по-настоящему классным» банкиром из Солт-Лейк-Сити, тоже мормоном, и так далее в том же духе. По правде говоря, мне хотелось, чтобы она заткнулась. Я оборвала беседу, не очень уверенно пообещав как-нибудь к ней заглянуть на чашку чая.
Пришел мальчик собрать пустые стаканы и чуть не навернулся при входе в зал: сам не очень высокий, где-то пять футов пять дюймов, он двигался в толпе высоких гибких моделей, старательно избегая столкновения с чьим-нибудь бюстом.
Эта вечеринка точно угодит в историю как самая скучная из всех, на которых я бывала.
Светлана и Елена почти все время просидели за столиком в углу, перешептываясь и хихикая по поводу собравшихся. Кайли в сторонке беседовала с аргентинкой, с которой неделей раньше познакомилась на кастинге (работы тогда никто из них не получил). Со стороны казалось, будто австралийка пьет одну воду, но она часто убегала припудрить носик, а потом возвращалась, с каждым разом шатаясь чуть больше. Вероятно, у нее с собой была фляжка, к которой она периодически прикладывалась. Таким образом, она не выглядела законченной пьяницей в глазах сотрудников агентства. Люция, к тому моменту проработавшая в агентстве пару лет, разговаривала с кем-то из «старожилов». Девушки утешали ее, стараясь не упоминать имени Женевы из конкурирующей фирмы. Как ни удивительно, но словачка не проронила ни слезинки.
Все девушки знали, что я живу в общаге. Почти все успешные модели подкатывали ко мне в своих роскошных нарядах, купленных богатенькими бойфрендами или на дивиденды от выгодных контрактов, и с невинным видом интересовались, как у меня дела.
Одна француженка-модель, которую я узнала по рекламному плакату, висевшему на углу Лафайет и Хьюстон, на границе Сохо, даже потратила на меня несколько минут своего драгоценнейшего времени.
— Ты ведь все еще живешь в модельной общаге? — спросила она, стервозно улыбаясь.
Акцент у нее был чудовищный — так обычно пародируют французов, а еще очень похоже на то, как разговаривает в мультиках скунс-романтик Рере le Pew. Ничего похожего на английский Робера, такой утонченный и правильный.
Я тоже решила отстервозить.
— Прости, я ничего не поняла. Не могла бы ты повторить? У тебя такой сильный акцент… — сказала я тоненькой, как былинка, француженке, у которой ничего другого «сильного» не было.
— Квартира агентства, ты там живешь, да? — как ни в чем не бывало повторила она, добавив пару плохо произнесенных артиклей.
Я даже глазом не моргнула.
— А, ну да. Почему ты спрашиваешь?
— Просто любопытно, — последовал ответ. — Я слышала, ты там уже давно. А я не была в общаге ни разу. Как там? Мило?
Она прекрасно знала, что там совсем не мило.
— Неплохо, — процедила я сквозь зубы. — Прошу простить, но мне нужно в туалет.
И я оставила французскую стерву искать себе другую жертву для злорадства.
На вечеринке, разумеется, была и Рейчел. Выглядела бесподобно. За такие ноги, тем более после недавней эпиляции, можно было умереть, и она это знала. Хозяйка нашего агентства дружила с пиарщиками компании Кельвина Кляйна, и потому на ней было одно из самых дорогих его платьев, потрясающее изделие Зака Посена, имевшее оглушительный успех на подиумах в прошлом сезоне. Рейчел пришла с мужем, и я увидела, что все слухи о нем правдивы — он действительно был «волосатиком», гитаристом рок-группы, прославившейся в конце 80-х — начале 90-х годов, но с приходом гранджа[38] группа распалась. В зените славы они занимали верхушки чартов, колесили по всему миру в эластичных рейтузах с гульфиками, подчеркивавшими размер хозяйства, и забацывали немыслимые гитарные соло, сопровождавшиеся невероятными пиротехническими эффектами. Видимо, во время гастролей и состоялось знакомство гитариста с Рейчел. В то время она тоже была довольно популярна, хоть и не достигла статуса супермодели.