— Это еще что такое? — пробормотала я, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Доставили по приказу его величества, — пропела служанка. Новенькая, ее я раньше не видела. — И еще вот это.
Она указала на стол, где стояла довольно крупная деревянная шкатулка. Чувствуя непонятный трепет, я приблизилась, коснулась гладкой от темного лака поверхности кончиками пальцев и откинула крышку.
И чуть не задохнулась от удивления.
Я что, попала в кино? Где здесь скрытая камера?! Какого черта происходит? С женщинами вроде меня такого не случается, ясно? Это уж слишком! Поверить в драконов и перемещение между мирами было проще, чем в то, что мне могут дарить такое.
На бархатной подушечке внутри шкатулки лежало ожерелье. Нет, не так. ОЖЕРЕЛЬЕ. Потому что оно было огромным. Сияло россыпью алмазов, рубинов и весило, должно быть, как минимум килограмм. По форме оно было похоже на круглый край пера райской птицы c выложенными блестящими камнями бородками.
Может, это не мне? Курьер перепутал адрес? Такую красоту должны дарить кому-то вроде графини де Авен, на лице которой читается умение вить из любых существ мужского пола веревки.
Руки дрожали, когда я потянулась к записке, украшенной королевским гербом.
“Я выполнил твою просьбу, моя леди. Взамен выполни и ты мою. Завтра наша помолвка, я прошу лишь шанса. Это назовут безумством, и будут правы. Король женится на человеческой женщине — скандал! Но я рад, что буду безумен рядом с тобой. И носи ожерелье, оно подойдет к твоим глазам, цвет которых напоминает грозовое небо. Ари”.
Глава 17
Мне пришлось перечитать записку короля раз пять, прежде чем я убедила себя в том, что я взрослая умная женщина и не ведусь на красивые слова, написанные на надушенных бумажках. И на украшения по цене особняка в Подмосковье, между прочим, тоже.
Нет уж. Король жестокий, циничный, относится к людям, как к грязи и, на минуточку, первый подозреваемый в покушении на свою венценосную супругу.
Хотя супруга, как выяснилось, живее всех живых, чтоб ее комары покусали, и владеет ведовством. И обстоятельства ее "гибели" странные: исчезновение посреди озера. Мало ли, что могло случиться! Может, король ни в чем не виноват, а Сорин зря его оговаривает?..
Нет, стоп. Я не из таких женщин, которым можно запудрить мозги цветами (целая комната! как в кино!), и бриллиантами (какие огромные, блестящие, красивые!), и тем более ласковыми словами (никогда еще мужчина так явно не признавался мне в симпатии и не просил всего лишь “дать ему шанс” — как в романе).
Просто… иногда слишком сильно хочется, чтобы такие признания были правдивыми. Не потому, что я внезапно воспылала неземной страстью к королю, а просто… это было бы приятно.
Ладно, стоит выбросить все глупости из головы. У меня нет для этого времени, полно дел поважнее.
“Будет у тебя ребенок, но тебе придется выйти замуж за хорошего мужчину, чтобы его сохранить”.
Господи, да почему так сложно-то все!
Пока разумные правильные мысли настаивались в голове, рука сама собой потянулась к ожерелью, погладила острые края бриллиантов и рубинов.
— Помочь вам его надеть, госпожа?
Я кивнула.
Да что ж такое творится! Я же не собиралась…
Когда холодное ожерелье коснулось кожи, я вздрогнула.
— Аккуратнее, госпожа, а то я ваши волосы застежкой защемлю. Вот так.
Оно действительно оказалось тяжелым. Но таким, приятно тяжелым. Примерно как пакет из бутика, в котором лежат новые туфли. Только такие туфли, которые стоят целое состояние и которые не я себе купила, а получила в подарок. В общем, очень приятные туфли.
Катя, ну ты же умная! Возьми себя в руки!
— Мне надо проветриться, — бросила я и схватила лежащий на кровати шарф.
Один из тех, под которыми я прятала ошейник виры, пока жила в поместье Сорина. Их доставили одновременно с платьями, а конкретно этот я достала вчера вечером из гардероба: мне казалось, он пах Сорином.
— Но госпожа…
Ох, не разговаривайте сейчас со мной!
— Куда ты идешь? — спросил Перс, как обычно оказываясь рядом со мной, стоило мне покинуть свои покои.