— Да послушай же!
— Мне нечего слушать. Я не прощаю ошибок, Кэтэлина, и не даю вторых шансов.
Я сжала руки в кулаки.
— Мы занимались любовью сейчас! После этого нам тоже не о чем говорить?
Почему он такой упрямый! Почему не хочет слушать?!
— Это был самый быстрый и простой способ поделиться с тобой силами, — пожал плечами Сорин. — Я не мог допустить, чтобы наш сын умер у тебя в утробе из-за того, что тебе не хватает сил его доносить.
Мне показалось, что небо упало на землю.
— Что? — одними губами произнесла я.
Глава 22
Сорин молчал. Взгляд его черных глаз блуждал по моему лицу: по подбородку, по лбу, по губам. Потом опустился вниз, к шее, и замер на ожерелье.
— Что ты такое несешь? — повторила я, отступая на шаг.
Краем сознания я безэмоционально отметила, что и в самом деле чувствую себя намного лучше. Отлично я себя чувствую, по правде говоря, хоть сейчас могу пробежать стометровку. Не верится, что всего час назад я шла по коридору замка и старалась держаться ближе к стене на случай, если голова закружится.
— Я говорил, что тебе нужно оставаться в Бьертане, — отрезал Сорин. — И этому выкормышу говорил тоже.
“Я думала, это потому, что ты не хочешь меня отпускать”, — чуть было не ляпнула я, но поняла, что это прозвучит совсем уж глупо.
Мы стояли друг напротив друга на расстоянии шага. Проклятый рукав платья снова сполз.
— Ты говоришь какой-то бред. Я не понимаю, — покачала головой я. — Причем тут Бьертан? И причем тут мы? Да послушай ты меня, наконец! Я должна сказать тебе, я…
— Ты вынашиваешь дракона. И не просто дракона, а моего сына, потомка древнейшего и одного из самых сильных родов королевства. Это требует колоссальных сил.
— Но все же было хорошо, — растерянно проговорила я. Происходящее казалось мне каким-то бредом, дурным сном. — Я отлично себя чувствовала.
— Потому что я делился с тобой силами и магией. С того самого момента как узнал, что ты беременна.
— Но мы же… мы не…
Я не знала, как сформулировать то, что Сорин половину того времени, что я провела в Бьертане, даже не дотрагивался до меня. Не говоря уже о чем-то большем.
— Ты носила мой ошейник. — Сорин дернул плечом и отвернулся. — Он предназначен для того, чтобы я мог поддерживать т… своего наследника.
Он чуть было не сказал “тебя”? Или мне послышалось?
— Вот как. И что?..
— Соитие самый простой способ поделиться силами с тобой здесь и сейчас. Раз уж ошейник ты решила отвергнуть.
Он сказал об этом так спокойно, как я могла бы сказать, например, о том, что сладкая каша на завтрак лучше всего, раз уж в доме нет булочек. Нет, он серьезно?! Я вспомнила, как хорошо мне было всего несколько минут назад, как я радовалась и как Сорин, чтоб ему провалиться, меня целовал. Так не целуют тех, на кого плевать! Тех, с кем только “соитие”! Упрямый, невыносимый… дракон!
— Моего обычного присутствия было бы достаточно, но это слишком медленный вариант, — невозмутимо продолжил он.
— Соитие, значит, — прошипела я. Соитие! Хорошо, что не “случка”! — Не подходи ко мне больше, слышал? И не дотрагивайся до меня!
Я замахнулась, чтобы ударить Сорина по лицу, но он удержал мою руку. Стоило ожидать, что хватка будет грубой или болезненной, но он едва касался меня, обхватив пальцами запястье в кольцо. По всему телу пробежала горячая волна, круто замешанная на злости, обиде и чертовой дурацкой влюбленности в этого упрямца, которая никак не желала уходить из головы и из сердца.
Чтоб тут все провалилось! Игрид, чтоб тебя комар укусил!
— Нет, — негромко сказал Сорин, наклоняясь ко мне, — все будет не так. Я на шаг от тебя не отойду и, обещаю, сделаю все, чтобы этот выскочка получил по заслугам. Если он думает, что может получить и тебя тоже, — то ошибается.
Брошенное вскользь “и тебя тоже” ударило наотмашь.
— Зачем тебе это? — твердо глядя ему в глаза, спросила я.
— Ты носишь моего ребенка, — бросил Сорин.
— И это все?
Он сжал зубы, продолжая удерживать мою руку.
— Послушай, хоть раз в жизни меня послушай. Я…
Раздался стук в дверь, и я вздрогнула.
— Леди Кэтэлина, — невозмутимый голос Перса звучал глухо, но достаточно громко. — Если вы уже достаточно отдохнули, то позвольте проводить вас в ваши покои. Король желает, чтобы вы присоединились к нему на праздничном пиру. Вам нужно подготовиться.
— Праздничном пиру? — пискнула я, глядя на Сорина.
Вырвала у него руку и, не сдержавшись, показала оттопыренный средний палец. Его брови взлетели вверх, взгляд стал непонимающим. Ну конечно, он не знает таких жестов. “Мудак”, — одними губами произнесла я.