— То есть, — медленно произнесла я. — Снять проклятье может только тот, кто его наложил?
Де Авен кивнула и всхлипнула, приложив ладонь ко рту.
— Та старуха, которая прокляла его величество, умерла, — проговорила графиня, успокоившись и снова посмотрев на меня. — Как и Игрид. Это значит, проклятье нельзя снять. Я чувствую его на тебе точно так же, как до этого чувствовала на короле. Оно — как темное облако, которое окутывает всю твою фигуру, даже свет вашего с ами сына почти заставляет погаснуть. Мне жаль.
— Ну хватит, — хлопнул ладонью по подлокотнику Сорин. — Инес, ты пугаешь Кэтэлину, прекрати. Я понимаю, что тебе всякое может почудиться, но мой ребенок — в безопасности и скоро родится на свет. То, что Кэтэлина вляпалась в помолвку с этим кошаком, ничего не меняет.
— Меняет, Сорин, — возразила я, глядя в пол и лихорадочно соображая. — Графиня права. Я тоже чувствую, что становлюсь слабее с каждым часом. Нужно остановить это, пока не стало поздно. Пока ребенок у меня внутри еще жив.
— Кош-ш-шка! Чувствам цена — пыль, как ты не понимаешь?
— Это не так, — мягко сказала де Авен.
— Инес, я тебя прошу. — Он щелкнул пальцами, и на их кончиках загорелся огонь. Сорин медленно вдохнул и выдохнул — он все еще был слишком слаб для долгих разговоров. — Вот это — реально. Магия, которой драконов одарил Огненный, магия пламени. А ведовство — не более, чем детские игры.
— Ты ошибаешься, ами, — мягко покачала головой графиня и улыбнулась уголками губ.
— Докажи, — предложил Сорин. — Драконья магия очевидна, ведовство, о котором ты говоришь, — это чувства. Нет ни единого доказательства того, что проклятие существует, кроме твоих ощущений. И тем более того, что принцесса Игрид каким-то образом к нему причастна. — Он замолчал. — Я тоже скучаю по ней, Инес. Было время, когда я видел ее везде, но сейчас…
— Ну почему же, — проговорила я, чувствуя, как сердце колотится.
Наконец-то все встало на свои места, сложилось в единую картину.
— Кэтэлина? — позвал Сорин. — Ты хочешь что-то сказать? Тебе плохо? Воды?
Я почувствовала тепло, которое на секунду меня окутало, и запоздало поняла, что это Сорин, наверное, пытается “накачать” меня силами. Вряд ли у него самого их много, учитывая ранение.
— Игрид жива, — проговорила я. — Собственно, из-за нее я и оказалась здесь.
Сердце колотилось, голос звучал глухо, посмотреть на Сорина не хватало сил. Не хотелось видеть на его лице радость из-за того, что его любимая Игрид, которой он хранил верность столько лет и по которой тосковал, из-за которой готов был умереть, жива.
— Кошка, не неси ерунды! Ты ее даже не знала.
— Знала, Сорин. — Я наконец на него посмотрела. — Когда я увидела ее в первый раз, она назвалась Эсмеральдой и пообещала, что я смогу родить ребенка, если выйду замуж.
— Ты бредишь, — отрезал Сорин. — Где это было? Когда?
— За пару дней до нашей встречи. — Я сглотнула. — Не в этом мире. Меня зовут Катя, не Кэтэлина. Я не отсюда.
Глава 46
— Не из Эриды, ты имеешь в виду? Из другой страны? — услужливо подсказал Перс.
— Из другого мира, я имею в виду, — решила идти до конца я. — Из такого, где нет драконов и магии, зато где я могу работать юристом, владеть своим жильем и пользоваться мобильным.
— Чем-чем?
— Неважно. Я поняла, с кем имею дело, только когда увидела портрет в галерее замка. Все началось с того, что у меня не получалось родить ребенка…
Во время моего рассказа никто не сказал ни слова, а я говорила и говорила, даже не думая что-то утаивать, даже про Женю рассказала, и про свою работу, и про условие Эсмеральды. Хватит, ужасно надоело скрываться, врать и бояться себя выдать. Я рассказала даже про то, чем наш мир отличается от этого и почему я никак не могла научиться вести себя “по-женски” и “как вира”.
— Поэтому ты не можешь убить короля, Сорин, — подытожила я свой рассказ и наконец посмотрела на Сорина.
Сорин держался за бок и молчал. Его взгляд был направлен на пол, лоб хмурился.
— Почему? — наконец спросил он. — Кэт… Ка-тя?
— Потому что иначе наш ребенок погибнет, — собравшись с силами, сказала я.
— Подожди, причем тут король? — тряхнул головой Перс. — Да и Игрид тоже? Если я правильно понял Кэт… Катю, то Игрид сейчас в другом мире.
— Ты не внимательно нас слушал, Перс, милый, — ласково произнесла де Авен, и Перс вдруг покраснел, как школьник. — Игрид проявляется в этом мире. Старуха на коронации, вдова Бальмен на помолвке, уверена, Екатерина ощущала ее присутствие и раньше.
Я кивнула.
— Почему она не вернулась? — голос Сорина был больным. — Почему прислала тебя?