Оккупация длится около года. Бисмарк и его войска блокируют все столичные въезды и выезды, чем вызывают голод в Париже. Чтобы выжить, горожане забивают животных в зоопарках и зверинцах. Самые бедные едят кошек и крыс, которых в тысячелетнем городе довольно много. Для связи с внешним миром используют почтовых голубей, но они быстро становятся жертвами прусских соколов, специально для этого завезенных.
Ситуация становится еще хуже с приходом морозов: с ноября 1870 года держится -15 °C. Для обогрева на бульварах рубят деревья и жгут скамейки. В условиях тотального дефицита среди населения быстро распространяются болезни: свирепствуют бронхит, пневмония и тиф. Счет мертвым идет на тысячи.
Против прусской оккупации поднимается сопротивление. У 250 тысяч парижан осталось оружие, и они регулярно устраивают акты саботажа и диверсии против германских захватчиков, но большую часть времени терпят неудачу. В отместку вражеские пушки подвергают Париж бомбардировкам, еще больше разрушая город.
Бетти, вдова Джеймса, делает из своей резиденции в Булони военный госпиталь. В тридцати километрах от столицы шато Феррье, крупнейшее имение Ротшильдов, занято прусским командованием. Когда они поймут, куда зашли, то ради собственного удовольствия разместят здесь штаб-квартиру. Немцы начнут искать сокровища в этом сказочном месте, но тщетно. Здесь разве что забыли 200 бутылок очень посредственного алкоголя.
Но немцы не верят, что у самых богатых банкиров Европы спрятано так мало хорошего вина. Пригрозив дворецкому сжечь замок, они заставляют его рассказать, где находится святой Грааль: в отменном укрытии на чердаке аккуратно припрятано 17 тысяч бутылок отменного качества. Пожертвовав вином, мажордом спасает шато. Прусские офицеры успокаиваются. С почестями победителей сюда приезжают король Вильгельм I и канцлер Бисмарк, но, памятуя о теплых отношениях с Ротшильдами до войны, они приказывают при выводе войск оставить замок в хорошем состоянии.
Дворецкий боится реакции хозяев на новость о том, что он выдал «сокровище» врагу, и рассказывает о своем «преступлении» Густаву де Ротшильду. Тот в качестве платы за ошибку, стоившей замку небольшого состояния, отдает ему конверт, куда вложено несколько купюр. Полагая, что теперь-то дворецкого уволят, прислуга собирает его вещи. Но наконец прибывший Альфонс хвалит дворецкого за выдумку. Конечно же, единственным выходом из ситуации было успокоить врага, отдав ему несколько бутылок вина и таким образом избежав большего ущерба.
После капитуляции Франции глава исполнительной власти Адольф Тьер поручает консулу Альфонсу де Ротшильду деликатную задачу: провести с захватчиком переговоры об окончании войны. Ротшильд хорошо знает Бисмарка и говорит на немецком, родном для семьи языке, что не может не помочь в проведении переговоров. Впрочем, во время беседы он старается говорить по-французски – не из снобизма, а с целью досадить собеседнику.
На повестке стоит серьезный вопрос: освободить парижан и вернуть немецкие войска в Пруссию. Франция взамен отказывается от Эльзаса и Лотарингии. Для Вильгельма они стратегически важны, намного важнее, чем император заставляет думать, когда говорит о так называемом воссоединении исторически германских земель. Правда раскроется только годы спустя в письме Вильгельма к вдове Наполеона III императрице Евгении.
За освобождение Парижа и эвакуацию войск из Франции немцы требуют выкуп в пять миллиардов франков! Благодаря помощи брата Лайонела в Лондоне Альфонс предоставляет средства. Эта сумма в разы отличается от 700 миллионов, которые в качестве контрибуции после победы над Наполеоном в 1815 году требовали союзные Англия, Россия, Пруссия и Австрия.
Вслед за выплатой репараций Франция выпускает государственный заем, условиями его организации при поддержке брата занимается Густав. По уже отработанной методике, Ротшильды и другие ассоциированные банкиры действуют по гарантии и быстрее, чем написаны эти строки, создают общий фонд, куда собирают мелкие сбережения европейских граждан. Успех займа обеспечен, потому что общая сумма погашения составляет около 43 миллиардов франков.
Эта схема, конечно, разозлит Бисмарка. Он потратит много времени и сил, прежде чем перестанет сожалеть, что не проявил большую жесткость в своих требованиях, когда обсуждали освобождение Франции!
Творите добро, посвящайте себя этому, говорили они…