в) «никто с тобой жить вместе не хочет»
и прочие, небезынтересные мелочи, которые не совсем правда. Не далее, чем всего полчаса назад, Лера и Аля, которые ненавидят меня больше всех, позвали меня к себе в номер.
Я, встретила их, когда ходила за пивом. Тичер, видимо, об этом не знала.
–…у меня ангельское терпение! – говорила она.
«А у меня – сильные ноги» – мысленно комментировала я, одновременно желая врезать ей снова и хлюпая носом, если нас вдруг кто-нибудь слышит.
– …но с меня хватит! Ты поедешь домой! – закончила Тичерина и ушла к девчонкам – замазывать раны йодом.
Я довольно сильно ее подрала. И так, как я была пьяна, покинута еще одним парнем и зла на весь мир, то унизительнее быть уже не могло. Я встала, умылась, достала карточку и пошла звонить Диме.
Что может быть приятнее, чем звонок любимому в четыре утра?
Дима спал, но проснулся и узнав, кто ему звонит, немедленно закурил. Голос у него был хриплый и виноватый.
– Ну, наконец-то, – выдохнул он.
Я усомнилась в его рассудке. В смысле: «Наконец-то?» Тичер что, уже ему позвонила?
– Давай, говори, – сказал Кан. – Я весь открыт, как к кресту прибит.
– Я подралась с Еленой, – напомнила я, решив, что он висел на своем кресте без панамки и теперь сам не понимает, что говорит.
– Э-а?.. – отрывисто не врубился Дима.
– Я подралась с Еленой, – сказала я. – Она пыталась выгнать меня из гостиницы…
– Чег-о-о-о? – не поверил Дима. – Ночью?.. Так, стоп. Все с начала…
– Она тебе не звонила?
– Нет.
И я объяснила ему. Сначала. Про «Кинг-Клаб», нашу ссору, угрозы Тичера. Добавила от себя, что Елена спятила, а я невинна, как агнец. И, конечно, не заслужила всего, что со мною происходит.
– Ты мне звонишь только из-за этого? – еще точнее уточнил Дима.
– Ну, да! – возопила я. – Ты что, не понимаешь? Я не хочу домой!
Мужчины – странные существа. Они говорят, что мы что-то там накручиваем, но стоит нам не накручивать, они все это делают сами! Дима затушил сигарету и заговорил иначе. Как босс.
– То есть, ты не ругаешься с девочками, не дерзишь Елене… Она просто так, на ровном месте, захотела тебе влепить?
– Меня подставили! – я смутилась, крутя на палец гладкий спиральный шнур трубки. – Спроси у девочек с которыми мы работали в Сараксане!
– Я говорил с Чжоном и он подтвердил мне…
– Ой! – перебила я. – Да все он пиздит… В смысле, врет! Ну, не то, что врет, он просто все на так понял.
– Уточни.
– Ну… Это… Он случайно попал на плохой период!..
– Который весь месяц длился?
– Ой, все! – оскорбилась я. – Все ясно. Ты просто ненавидишь меня и все!..
– Я не ненавижу тебя! – буркнул Кан, но как-то не очень уверенно и просипел, смущенно. – Я тебя почти любил…
– Да, в детстве, помню! Слушай, плевать мне кого ты любишь! Я тебе не по любви звоню, а как боссу. Сделай что-нибудь с этой дурой. Она меня ненавидит из-за отца… Когда не ненавидит из-за тебя.
– Она что?.. – он невнятно выругался. Пробормотал: – С какой стати?.. она что, знает?
– Да нет, конечно! – яростно опровергла я. – Никто не знает. Я не хочу это обсуждать, пожалуйста!.. Просто объясняю. Я устала быть козлом отпущения, понимаешь? Я не виновата в том, что тебе или ей Витя сделал. Мне очень жаль, но я ни при чем! И я устала вечно отвечать за его грехи…
– Не ломай трагедию, – даже по телефону было слышно, как Кан поморщился. – Отвечать за его грехи… О, господи! Чего ты от меня хочешь?
– Быть уверенной, что ты не отправишь меня домой.
– Я? – он вдруг рассмеялся. – Лин, я – посредник, а не арендодатель. Вы работаете на Женю, не на меня. Я не решаю такие вещи. Я могу поговорить с ним, если он станет плохо с вами обращаться, или попытается кому-то перепродать. Но я не могу сказать ему, кого из вас отправлять домой.
– Тогда зачем она названивает тебе?
Он вздохнул.
– Потому что я попросил ее за тобой приглядывать.
– Зачем?..
– Так попросила Таня.
– Ты теперь все делаешь что попросит Таня?
– Нас многое связывает…
Меня обожгло изнутри, словно обварило ледяным кипятком и не справившись с болью, я молча бросила трубку.
29.09.99г.
Прошлая ночь выходит Елене боком, будем делать «кесарево» на живую!
Она побила мой рекорд по разбиванию взаимоотношений! Сначала чуть не вцепилась Ольге в лицо за то, что та, покупая ей жвачку, заодно «нашла» еще пачечку для себя. Мадам голосила, требуя, чтобы ей вернули деньги.
– Пожалуйста, – ответила Ольга, – а Вы мне жвачку.
Но Елена не желала возвращать жвачку. Упирая на то, что Ольга украла пачку, следовательно, не платила, она требовала, чтобы ей отдали и ее, и деньги. Конечно, ее послали, да так, что Елена чуть не тронулась окончательно.