– Действительно! Как я сразу не догадалась залететь от пьяного мужика?
– Его ребенок, даже будь он гидроцефалом, получил бы от него все!
– Как я от Андронова… Ты дура?!
– Это ты дура. Если бы ты сразу сказала об этом мне, если бы только тетя Жанна узнала!.. Господи, да ей бы узнавать не пришлось! Достаточно было бы намекнуть ему, что она узнает… Но… Теперь поздняк. Он мне открытым текстом сказал, что скорее женится на уличной проститутке, чем на тебе. Они, мол, сразу же называют цену.
Я положила трубку: для бога, это было довольно мелко и мелочно.
***
Холод в клубе стоит арктический! В руме сидим в куртках и перчатках, вокруг – ни души, а Поска, словно взбесился! Танцуем каждый дискотайм, ровно по двадцать минут, этот гад стоит наверху в пальто и наблюдает.
Сам не знает, что делает. Мапия-босс насчет зарплаты не пошутил. Он нас рассчитал в тот же вечер. Увы, это не отменяет отсутствия столов вообще. Гостей нет. Никто не хочет мерзнуть за свои деньги.
Тичер на высоте. Бегает вдоль страдающих, как целительница и пытается подбодрить. Единственное, что дает силы жить, это план мести. Поска еще ничего не подозревает. Он бегает вокруг нас с воплями «дэнсинг» и трясет перед носом своим хэндфоном, указывая на время. По-моему, он глубоко сожалеет, что в клубе пока что не минус сорок и нет ни снега, ни ветра!
Но, ничего. Посмотрим, как ему понравится наш сюрприз. Дома у нас тепло. Очень. Что очень хорошо для нашего плана.
21.11.99г.
Тичер счастлива.
Вот, что с бабой секс животворящий творит. Раньше она была слишком напористой в стремлении нас подчинить, но добилась того, что сплотила против себя. Теперь она щебечет и воркует. Мы помирились с ней и отделились друг от друга. Я всегда говорила, что если бы не Тичер, мы все давно уже грызлись. Если бы не Поска, именно это бы сейчас и произошло.
Я не могу поверить, что те вечера, когда мы сидели все вместе в номере мотеля и делились всем, что на душе, были наяву! Здесь все изменилось и в худшую сторону. Больше мы ничего не рассказываем. И если все еще дружим, то только против кого-нибудь.
Но этим все и должно было закончиться. Если исключить Кристу, ни у одной из них не было друзей в Хабаровске, так с чего бы мы изменились в Корее? Заграница не меняет сущности. То короткое время, что мы продержались вместе, было обусловлено новизной среды. Что-то, вроде стадного инстинкта, заставляющего держаться себе подобных, пока не удостоверишься в собственной безопасности. Потом, когда опасность стала конкретной – Тичером, мы стали дружить даже с Алькой.
Я всегда считала себя самой слабой, самой зависимой, но первая могу заявить, что одиночество устраивает меня куда больше, чем дружба с бывшими «сестрами». Лера – единственная, кому еще нужна эта дружба. Во всяком случае, дружба Ольги. И Кристы. А я чересчур циничная, как они говорят.
Из-за того, что прямо смотрю на такие вещи, как отношения.
Но что я могу поделать? Сесть рядом и врать, что черное – это белое, а игнор и враки – такая форма любви?
Я и раньше интересовалась психологией, но теперь, прочитав все Еленины книжки, она их целый чемодан навезла, стала многое понимать лучше. Если девкам хочется продолжать себе врать – это их выбор.
22.11.99г.
Сейчас мы с Кристой сидели на лавочке у берега и разговаривали о жизни. Она спросила о моей. О матери, о бабке, о Диме… Я, зачем-то все выложила. Не назвала его имя, но объяснила суть. Криста мне не то, чтобы поверила. Но как-то все равно заинтересовалась.
– Ты очень неопытная, – сказала она. – Ты подаешь неправильные сигналы. Ты говоришь: возьми меня, а когда мужик оборачивается, добавляешь: вот только попробуй!
Я ни черта не поняла.
– Если этот твой «Влад» так волнуется, пытается докопаться до сути, ему не плевать! – сказала она. – Как Лерке с ее Ким Соном. Когда мужику все равно, он просто молча уходит.
– Но может быть, у него есть совесть, – предположила я.
– Как он тогда пережил девяностые? – рассмеялась она. – Лин, ты перебарщиваешь. Кроме любви и ненависти, есть такие вещи, как начальный интерес, симпатия, простое равнодушие и еще очень много всего. Если ты правда думаешь, что разлюбила – что мешает тебе с ним поговорить? Признай, что все еще надеешься и потому боишься…
Спасибо, Крисочка! Может, правда, позвонить ему?..