Спать ей пришлось голой. Впрочем, это мало кого расстроило. Но бродить по квартире с пятиметровыми окнами в чём мать родила — это всё-таки чересчур. Она забралась в шкаф и вытащила первую попавшуюся футболку, естественно, на четыре размера больше, после чего, довольная результатом, воодушевлённо оглядела кухню. Прямо сейчас очень хотелось кофе и… танцевать.
С танцами пока пришлось повременить, но у Яна в кухонном арсенале нашлась вполне приличная небольшая кофе-машина. Теперь квест состоял в том, что нужно её как-то заправить. Отсек для зёрен оказался предательски пуст. Где же Вишневич хранит кофе?..
Первые три минуты поисков прошли по вполне логичной схеме: верхний ящик, ещё один верхний ящик, ещё один, нижний ящик, ещё один нижний ящик, ещё один. Следов кофе обнаружено не было. Проведя экстренный мозговой штурм, Вика решила, что необходимо ещё раз всё тщательно осмотреть, но это снова не принесло успеха. Нахмурившись над непростой задачей, она, тем не менее, сдаваться не собиралась.
Следующим шагом было осмотреть любые укромные места, куда мог хотя бы теоретически поместиться пакетик с кофе. Вика обшарила всё, даже забралась на кухонную столешницу, чтобы посмотреть, нет ли чего на шкафчиках, заглянула в ванную, проверила коридор. И тут…
Эврика! Кофе может быть в том самом огромном шкафу!
Недолго думая, она распахнула одну створку. Шкаф даже для неё оказался высоковат, пришлось вытаскивать пришвартованную в коридоре стремянку, чтобы дотянуться до самых верхних полок. Без тени сомнений Вика засунула руку в одно из отделений с вещами и тут же напоролась на что-то твёрдое и острое.
— Вот ч..чёрт!.. — шёпотом выругалась девушка, осматривая пострадавшую конечность.
На самом деле, конечность почти не пострадала, но интерес к неизвестному предмету, зачем-то припрятанному меж аккуратных стопок с постельным бельём, только возрос.
На сей раз очень аккуратно и по возможности бесшумно Вика извлекла небольшую металлическую фоторамку. Именно об её острый угол и поранилась только что девушка.
На снимке под прозрачным стеклом беззаботно улыбались два лица. Одно из них — уже знакомое, с волшебными голубыми глазами, прищуренными от слепящего солнца. Второе — миловидная девушка, быть может, лет тридцати, блондинка в солнцезащитных очках-кошечках. Она нежно склонила голову в белоснежных кудрях к плечу Яна. И, хотя в жесте этом не было ничего ни эротичного, ни пошлого, отчего-то сразу становилось понятно: это не сестра и не просто подруга...
— Ты что делаешь? — голос мужчины внезапно раздался за спиной.
Он стоял у стеклянного ограждения рядом с лестницей и сверху вниз строго взирал на Вику.
— Я... — совсем потерялась от неожиданности Ильина, — я просто кофе искала...
Да уж, ответ получился, мягко говоря, натянутым, хоть и был чистой правдой. Наверное, в этот момент Ян подумал, что ослышался, потому как ничего не ответил.
Он просто спустился по лестнице и подошёл к стремянке, на которой продолжала выситься и без того высокая Вика.
— Слезай, — металлическим тоном приказал Ян. — Слезай, я сказал. Иначе я вышибу эту лестницу у тебя из-под ног.
Вика послушно сползла.
— Я правда кофе искала... — жалостливо промямлила она, уже всецело понимая, что сделала что-то не то.
— У меня нет кофе, — Ян выдернул фоторамку из рук расхитительницы шкафов.
— Но...
— У меня нет кофе! — рявкнул Вишневич так, что Вика чуть было не осела на пол. — У меня аллергия на кофеин!
Он отошёл в сторону и бросил злополучный предмет на диван. Подошёл к окну.
Молчание. Суровое, оглушающее молчание.
Немая сцена повисла в пустом пространстве над залитым солнцем полом, сгущаясь удушливыми клубами непонимания и терзая каждое из двух сердец.
— А кто это девушка? — всё же решилась заговорить Вика.
— Уже никто, — сухо ответил Ян.
— Вы встречались?
И вновь молчание.
Ян повернулся к вопрошающей и долго смотрел ей в лицо, с которого уже смылась вся краска, а под глазами на впалой потемневшей коже виднелись пятна от вечного недосыпания и голодовок.
Непонятно почему, но в тот момент внутри Яна боролись два кардинально противоположных желания: выставить Вику вон к чёртовой матери и прямо сейчас поцеловать. Но, не решаясь ни на то, ни на другое, он просто продолжал смотреть в это потускневшее лицо. Смотреть и молчать.
— Прости... — тихо произнесла Вика. — Я, наверное, лучше пойду...
Она уже знала, где лежит её одежда, а умение быстро переодеваться было частью её профессиональных навыков. Буквально за минуту она шустро влезла в платье, расправила перекосившиеся колготки, нашла туфли и вышла прочь из квартиры.