— Его зовут Гоша, — проворчала Ангелина, но уже улыбалась словам подруги, понимая, что та всецело права. Снова послышалась мелодия смартфона. — Приехал, наверное...
Глава 15.
Девушки распрощались у подъезда, и жёлтое такси стремительно помчалось в аэропорт, увозя на своём борту двух счастливчиков. Мексиканское приключение стартовало. Но прежде надо было пройти всю бюрократическую волокиту перед отлётом. Этот неприятный факт уже нисколько не пугал и не расстраивал. Подумаешь, гудящие толпы взвинченных туристов, прилетающих и улетающих каждую минуту, в одном из самых крупных аэропортов Москвы. От людей, чемоданов, полицейских, служебных собак и прочих прелестей самолётного царства и так никуда не денешься.
Анж стояла в очереди на регистрацию, нежно прижимаясь всем телом в миниатюрном белом сарафане к Гоше, пока он с самым серьёзным видом изучал пакет документов. Народу на рейс скопилось прилично. Двухэтажный «Боинг», отправляющийся в мексиканские дали, собирал под своим крылом пять сотен изнывающих в нетерпении пассажиров, которые проводили незабываемое время перед регистрационными стойками в обнимку с плачущими детьми и тяжеленными чемоданами. Анж бесцельно оглядывала толпу, рисуя в голове красочные картинки белоснежных пляжей и бирюзовых, как её любимая сумочка, вод. Папаишвили тем временем сверял данные паспортов и ваучеров на заселение.
— Ты российский паспорт взяла? — поинтересовался он.
— Нет, — спокойно ответила Ангелина. — А зачем?
— Да как зачем? А если спросят?
— Ты же сам сказал, что при выезде заграницу местный паспорт не нужен. Это вообще левая, никому не нужная бумажка, — она нахмурилась, чувствуя, что её мечты снова потревожили какими-то незначительными проблемами. — Слушай, я вообще его никуда с собой не таскаю! Скажи спасибо, что я загранник свой не забыла! — Анж примирительно улыбнулась. — Ну что ты нервничаешь, а? Расслабься! Представь, как мы лежим на солнечном пляже в тени раскидистой пальмы... Потягиваем из запотевших высоких бокалов «Текилу Санрайз»... — она восторженно провела ладонью в воздухе, будто стирая безликий и тревожный мир аэропорта, высвобождая пространство для романтических грёз. — И никого, никого вокруг... Только ты и я, и плещущееся в двух шагах Карибское море... Мы на другом краю земного шара, где нас не достанет ни суета, ни гул, ни проблемы. Мы словно Робинзоны, и никто никогда не узнает, кто мы и откуда, ни одного знакомого человека... — Ангелина приподнялась на цыпочках, чтобы нежно коснуться небритого лица, расплывающегося в блаженной улыбке.
Повинуясь закону романтического жанра, движение вокруг на мгновение прекратилось, чтобы дать возможность влюблённой паре насладиться своим моментом предвкушения. Мельтешащие кадры за спиной Гоши встали на паузу, и Анж мимолётно зацепила боковым зрением какой-то странно знакомый сюжет в соседней очереди.
И лишь когда она дотронулась губами до плывущих ей навстречу губ, кадр неожиданно сфокусировался. Голубые глаза в ужасе расширились, и кровь отхлынула от лица, оправдывая звучную фамилию госпожи Беловой. Ангелина не верила собственному зрению: позади Гоши в бесформенном, с многослойными складками, красном платье стояла Ксюша Лукина.
Это был тот самый момент, когда песочный замок, заботливо и тщательно выстроенный твоими собственными руками, осыпается на глазах, истребляемый проливным дождём, а ты в панике хватаешь горстки мокрого песка, не зная, что теперь с ними делать. Анж резко отвернулась и замерла, пытаясь уловить обрывки разговора за спиной.
— ...Ты бы ещё мозги свои упаковал в багаж! — верещала на кого-то Ксюша.
— Да почём я знаю-то?! — послышалось в ответ. — Чё всё я должен знать? Давай ищи, где они там...
— Анж, с тобой всё хорошо? — неожиданно ворвался в аудио-эфир Гоша.
Ангелина вздрогнула от испуга, но тут же собралась и мило улыбнулась.
— Конечно! — она придвинулась поближе, чтобы спрятаться за Папаишвили от нежелательных взоров. — Просто хотела посмотреть время вылета. А тут не только рейс в Канкун регистрируют, да?
Гоша как-то подозрительно оглядел девушку, но всё же ответил:
— Ну, в нашей нет, а вон в той, соседней, кажется, ещё в Тунис пассажиры стоят, — он вдруг заулыбался самой снисходительной улыбкой. — Ты что, боишься, что нас на другой самолёт посадят?
— Да мало ли! — нервно засмеялась Ангелина, осторожно скашивая глаза вбок.