— Ты смеешься надо мной!
Джонатан усмехнулся:
— Ни в коем случае.
— Тут какая-то хитрость?
— Никакой хитрости.
— Ты никак не будешь обусловливать строительство какими бы то ни было условиями? Например, налоговыми льготами?
— Я ничего не собираюсь просить взамен. Я просто делаю твою мечту своей мечтой. Ты не против?
— Против? Черт, конечно нет! Ну ты и сукин сын! Я не ожидал от тебя этого!
— В обмен я хочу только одно…
— Что?
— Я хочу, чтобы Центр театрального искусства носил мое имя. Согласен? — Джонатан улыбнулся.
Хэл тоже улыбнулся:
— Я только повторю, Джонатан, то, что уже сказал. Ты просто сукин сын! Я тебя люблю!
Прошел еще час, и наконец Джонатан увидел ее. На ней была та же шуба, что и во время плавания. В руках — тот же саквояж для драгоценностей. На стоянке оставалось два автомобиля.
Пульс его участился. Джонатан наклонился вперед и крикнул в ухо водителю слова, которые он мечтал крикнуть с самого детства:
— Следуй за этой машиной, Ренни!
Шофер сел за руль, выключил радио, отложил в сторону номер «Спортс Илластрейтед», стряхнул дремоту и крикнул в ответ:
— Слушаюсь, сэр!
Неплохо, подумал Ренни. Каждый водитель в глубине души мечтает, что к нему в машину сядет пассажир и крикнет подобные слова. Но до сих пор с ним такого не случалось. Ренни взглянул в зеркало заднего обзора, чтобы рассмотреть получше своего пассажира. Интересно, что у него на уме? Он выглядел слишком солидно и не походил на частную ищейку, которая следит за чьей-нибудь женой, собирая улики ее измены. На агента ФБР или ЦРУ он тоже похож не был. Да и заказной лимузин не был лучшим средством прикрытия для слежки.
Что за черт, думал Ренни, плавно маневрируя в потоке автомобилей. Если я попаду в какую-нибудь историю, то скажу, что сукин сын выдал себя за агента ЦРУ и сказал, что речь идет о национальной безопасности. Была не была!
К большому разочарованию Ренни, вместо захватывающего преследования он полз, чуть ли не тыкаясь бампером в идущую перед ним машину. И так они ползли почти час — от Вест-Сайда до Пятьдесят Девятой авеню. Белая шуба женщины в автомобиле все время маячила у них перед глазами. Когда они затормозили перед входом в «Плаца-Отель», их отделяли от нее три лимузина.
«Разве ты не знал? — подумал Джонатан. — Где еще ей бы остановиться, как не в „Плаца-Отеле“, принадлежащем Трампу?» Ирония судьбы. Доналд Трамп скорее всего никогда не слышал о Джонатане Весте, но играл немалую роль в жизни последнего. Именно ему он стремился подражать, с ним хотел бы вступить в состязание, ему он больше всех завидовал и именно с ним хотел бы столкнуться, чтобы отбить какое-нибудь выгодное дело.
Но эти тайные мысли не имели ничего общего с тем, что происходило сейчас. Поэтому, когда его вынужденный сообщник Ренни взволнованно спросил: «Что дальше?» — Джонатан, секунду поколебавшись, сказал: «Ничего… Сидим и ждем».
Он проследил, как багаж Андрианны, наконец, перенесли из машины в вестибюль, как сама она исчезла за дверями отеля. Ему ужасно хотелось выскочить из своего лимузина, подойти к ней прямо сейчас… Но что из того?
Он заставил себя посидеть еще пару минут, потому вышел из машины, бросив шоферу «жди», а сам, словно ищейка, идущая по следу, прошел в вестибюль и занял место, откуда он мог бы продолжать наблюдать за Андрианной, оставаясь невидимым ей. Если она все же заметит его — у него было готово объяснение. Он улыбнется и скажет: «Мы не должны больше встречаться так неожиданно…»
Он увидел, как портье проводил ее до лифта — и едва избежал искушения подойти и узнать, на каком этаже и в каком номере она остановилась. Но тогда он, несомненно, открыл бы свое присутствие.
Черт, как же себя вести в подобной ситуации? В детективных книгах и фильмах сыщики обычно подходят к клеркам, суют им в руку — в зависимости от класса гостиницы — от десяти до двадцати долларов и задают любые вопросы. Конечно, «Плаца-Отель» был гостиницей высокого разряда, пожалуй, ему придется раскошелиться на сто, а то и на двести долларов. Но скорее всего в отеле, принадлежащем мистеру Трампу, подобная выходка не пройдет. Нужно действовать тоньше.
— Номер для Джонатана Веста должен был быть зарезервирован! — Он был искренне возмущен. — Мой секретарь забронировала мне номер в гостинице по телефону, она звонила из Лос-Анджелеса по крайней мере две недели назад, а моя секретарь — сама аккуратность и точность! Если и есть ошибка, то это ошибка по вине «Плаца-Отеля», но не по ее вине. Ни единого раза никогда ничего подобного не случалось. А я давний клиент вашего отеля!