Ноги одеревенели, и она еле вошла. Пол был усыпан розами. Алые розы и их лепестки, много, как никогда. Вода лилась, заполняя пространство. Но крови не было. Вообще. Нигде.
Джерри лежал в джакузи. Рука его свисала с бортика; на ней сверкало кольцо-змея. Голова была неестественно запрокинута, и кончики волос намокли. Рядом плавал телефон, а на шее Джерри висела цепочка с обломком пурпурного кулона — нечто вроде коралла.
Ничего больше не соображая, Фэр кинулась к нему. Упав в потоп, схватила его за голову и начала хлестать по щекам.
— Джерри! Джерри! Нет, только не это! Что ты наделал? Мы же были счастливы… — Фернанда прижалась к нему, гладя мокрые волосы; целовала губы, подбородок, закрытые глаза… — Я люблю тебя, люблю… не уходи… не уходи от меня… — обезумев, она рыдала в голос. — Почему ты… почему? Столько людей в мире, а эта сволочь убивает моих близких… — Фэр не ощущала, что сидит в воде по бёдра. Даже не додумалась выключить кран. Горе накрыло её, как лавина, скатившаяся с Эвереста.
Сколько времени она так просидела, Фернанда не знала — может, пять минут, может, пять часов. И вдруг Джерри вздохнул. Инстинктивно она отпрянула. Увидела, что у него дрожат ресницы и он открыл рот. Предсмертная агония?
Цапнув его за руку, Фэр прощупала пульс. Живой. Он живой!
— Э-эй! Сюда! Быстрее! Комиссар! Комисса-а-ар!!! — заорала она так, что услышал бы стадион.
Не зря нет крови. Впервые. Хотя на руках и шее Джерри были проколы. Но меньше, чем обычно, а кровь у ранок свернулась.
Схватив Джерри подмышки, Фернанда начала вытаскивать его из джакузи. Он был тяжёлый, поэтому она лишь подняла его на бортик. А комиссар, адвокат и полицейские уже выросли в дверях.
— Вызывайте скорую! — гаркнула Фэр. — Быстрее! Он живой!
— Кольцо… — шепнул вдруг Джерри. Приоткрыл глаза, хватая ртом воздух, как рыбка на суше.
Он выглядел столь милым и беспомощным, что Фэр захотела его расцеловать, никогда и никуда больше не отпуская.
— Джерри… Джерри… Потерпи, сейчас приедет врач…
— Кольцо… — повторил он. — У меня на пальце. Сними кольцо.
Ничего не понимая, Фернанда стянула перстень-змею. Увидела микроскопические провода и оцарапала себе ладонь — на внутренней стороне перстня красовался острый, как лезвие, металлический шип. Аналогичные боевые кольца — какутэ — использовались японскими ниндзя для самообороны. Фэр изумило это приспособление — Джерри боялся даже ножниц, а тут шипованное кольцо, вещь опасная.
— Камера… — тихо-тихо промямлил Джерри. — Там камера. В квартире тоже, — вялой улыбкой он ответил на её изумлённое лицо. — Сдай экспертам, — и потерял сознание.
Скорая увезла Джерри в клинику доктора Гильермо. Адвокат Алвес поехал с ним, а Фэр тормознуло любопытство — эксперты-криминалисты нашли аж две скрытых камеры: одна, замаскированная под книгу, — в гостиной; другая в спальне, в кашпо с орхидеей. И теперь это видео, совместно с записью из кольца, должно было изобличить маньяка.
Трупы, человеческий и змеиный, из гостиной убрали. Дамас, сидя на диване, вылизывал шерсть, ещё красную от крови.
— Тебя помыть бы надо, — сказала Фернанда, потрепав его за ушко. — Ты и твой хозяин — двое сумасшедших! Но я вас очень люблю.
«Приятно, когда на людей снисходит озарение», — Дамас блаженно сощурился, подставляясь под ласку.
Фэр ещё колотило, но боль в груди сменило восхищение. Джерри — абсолютно двинутый! Сунул камеру в перстень и зазвал маньяка к себе! И как он выжил? Невероятное везение!
— Девушку отвезли в морг! — объявил комиссар из-за спины.
— Какую девушку? — подпрыгнула от неожиданности Фернанда.
— Которую ужалила змея.
— Но… это вроде парень был…
— Не-е-ет, девушка! — хихикнул комиссар Гальяно. — Мы тоже сначала решили, что парень. Она была одета как мужчина и с наклеенной бородой. А когда мы труп осмотрели, бороду и оторвали. И местный консьерж её узнал. Это Марлене Монтанари.
Фэр глаза вытаращила. Она бы никогда не узнала в этом бородаче Марлене. Парень как парень.
— Есть версия, что девушка хотела помешать убийце. А он выпустил змею и удрал. Вот и переносной террариум имеется, — комиссар указал на стеклянный террариум, стоявший неподалёку. — Но зачем она косила под парня — это вопрос. Консьерж утверждает, что Монтанари сегодня он видел без бороды. Зато до неё приходил мужчина, а после её появления ушёл, не скрываясь, через парадную. Возможно, это и есть убийца. Сейчас со слов консьержа составляют фоторобот, — комиссар хлопнул дрожащую Фэр по плечу. — Чего ж ты напугалась так, девочка? Всё же хорошо закончилось! Впервые жертва выжила. И мы поймаем эту мразь, увидишь! — он потёр ладони друг о друга, предвкушая свой триумф, как комиссара.
Когда Фернанда явилась в клинику, её не впустили к Джерри — ему сделали экстренное переливание крови и он спал. Но уже знакомый ей доктор Рубенс уверил — переживать не надо.
— Мы приводили мистера Анселми в чувства. Он рассказал, что выпил противоядие. А яд, который использовал убийца, содержит антикоагулянты — вещества, сильно разжижающие кровь. Но антидот, подействовав в противовес, кровь ему свернул мощно. Это его и спасло. Я не химик, но, похоже, яд состоит из множества компонентов. Также, мистер Анселми сказал, что убийца ослепил его, кинув в лицо некий порошок. Это перец, смешанный с песком и золой, он остался на пациенте. Мы промыли ему глаза, и теперь всё позади, — закончил доктор успокаивающе. — Вам не нужно тут сидеть. Переливание крови — вещь серьёзная, и пациент сейчас отдыхает. Приходите завтра.
— А доктор Гильермо здесь? — спросила Фэр, выдохнув. — Я хочу с ним побеседовать.
— Ой, главврач болен, — ошарашил доктор Рубенс. — Представьте, утром в клинику влетел псих. Он орал и плевался, требуя доктора Гильермо. Девушки на ресепшене с дуру и позвали его. А тот тип схватил ксерокс со стола и зашвырнул его Гильермо в голову. И свалил. От неожиданности мы не успели задержать его.
— Ничего себе! А что же не обратились в полицию?
— Доктор Гильермо сказал, что сам пойдёт к комиссару, заявление напишет. У него рана на голове, швы наложили. Сейчас он дома.
— Ладно, скажите ему, пускай обязательно приходит. Надо составить фоторобот того типа, он явно опасен.
После клиники Фэр отправилась в комиссариат — выяснить, как идёт сбор улик, расшифровка видео и что за фоторобот составили с консьержем.
Но её ждал новый цирк — у комиссара находился Амадо. Весь взъерошенный, в синяках и порванной рубахе, он хромал по кабинету и вопил что-то нечленораздельное.
— А ну-ка сесть и прекратить вопли! — ба-бах — комиссар ударил кулаком по столу; карандашница аж подпрыгнула.
Капрал Гонсалес толкнул Амадо в кресло.
— Гонсалес, свободен! Заходи, Фернанда Ривас. К нам твой знакомый пожаловал. Та-ак, и в чём дело? — нахмурился комиссар, когда за Гонсалесом закрылась дверь.
— Я хочу сделать заявление, — нервно хрустя пальцами, Амадо зыркал исподлобья.
— Какое заявление? — комиссар Гальяно чиркнул зажигалкой, прикуривая.
— Фантом-убийца — это я!
Комиссар и Фернанда одновременно открыли рты. Тяжко вздохнув, Амадо выудил что-то из кармана и положил на стол.
Это была кандзаси — стальная шпилька для причёски. Раньше кандзаси не только украшали волосы японок, но и использовались у кунаити (женщин-ниндзя), как тайное боевое оружие. На рукояти шпильки, принесённой Амадо, расположилась серебряная змея с очами-изумрудами. К ней крепилась цепочка с шариком.
— Это что? — спросила Фэр, цепенея.
— Орудие убийства.
Надев перчатки, комиссар взял находку в руки. С виду — обычная японская шпилька, длинная, сантиметров двадцать. Но шарик-подвеска имел крышку. Полый внутри, он хранил остатки желтовато-прозрачной жидкости с кристалликами некоего порошка.
— Осторожно, комиссар! Это может быть яд! — предостерегла Фэр. — Надо отправить на экспертизу. А у этой штуки конструкция хитрая! Яд, наверное, заливается в шарик и впрыскивается в шпильку. Смотрите! — она указала на круглую выемку в брюхе змеи. — Засуньте шарик сюда и надавите на набалдашник.