Он спрашивает:
- Что она тебе наплела? Ты не так поняла.
- А есть что понимать? - все еще пытаюсь вырваться, но его пальцы крепко сжимаются на толстовке. - Да отпусти ты!
- Не ори! - он тоже повышает тон. - Пошли домой, я объясню.
- Было? - спрашиваю кратко. Тут либо да, либо нет. Так же как с драками, причины неважны.
Он ерошит волосы. Не отвечает. Смотрит по сторонам, словно ищет ответ. Из динамика над нами заливается веселый женский голос: не пропустите спецпредложение, пицца с собой, только сегодня, по цене…
- Вика мне в среду позвонила, - вздохнув, говорит он. - Сказала, что в клубе с тобой, попросила забрать. Я поехал, думал, правда, с тобой.
- А раз меня нет, не расстроился, ну, с Викой развлекусь, подумаешь, - ядовито поддакиваю. Делаю шаг в сторону.
- Хватит дичь пороть! - он хватает обе мои руки, сжимает запястья. - Она завалилась в машину, язык заплетается: пошутила, Олеся не со мной. Мне ее высадить надо было? Повез домой. С отцом по телефону говорил как раз. Отвлекся, она сама полезла. Ничего не успел.
- В штаны к тебе полезла? Чупа-чупс нашла, - поднимаю бровь. - И дальше ты не против был, ну, разумеется.
- Какие претензии? - он вдруг меняется в лице, недовольно заявляет. - Я веду машину, говорю по телефону, девушке захотелось себе рот занять.
- Супер!- хмыкаю на всю улицу. - И зачем останавливать, пусть продолжает!
- Я остановил, - он скрипит зубами. Теребит мои руки. Костяшки побелели, красные сбитые пятна выделяются еще ярче. Говорит медленно, как для слабоумной. Всем видом показывает, как бешу его. - Припарковался и остановил.
- Не понравилось?
- Пользоваться пьяной леди?
- А если бы трезвая была, то не против, да?
- Ты себя слышишь?! - он встряхивает напоследок и отпускает. - Я, вообще, ничего не сделал.
- А что она повторить хотела? - отбрасываю за спину растрепавшиеся волосы. - Писала: помню все, что ты говорил, бла-бла. Щас-то уже не ври, если спалился.
- Про тебя и говорил! Когда объяснял, почему отказываюсь, как придурок, хотя мне и нравится.
- А-а-а…тебе понравилось!
- А ты с Антоном страдала? По видео не разглядел твоей скорби.
- Тыкать Антоном мне будешь, каждый раз, когда сам косячишь?
- В чем? Тебе неприятно за Вику, а мне за Антона приятно? Если молчал, мозг тебе не выносил, значит не парит меня? Надо было как ты стоять и орать у всех на виду? Фу, черт, - он с шумом выдыхает, проводит руками по лицу.
Молчу, вытираю слезы. На крыльце магазина курят стайка студентов. Девушка ловит мой взгляд и звякает светлым пакетом, в котором просвечивает стеклянная тара. Подмигивает - мол, все слышали, да, писец, надо расслабиться.
- Почему сразу не сказал?
- Потом сказал бы. У нас и так одна нервотрепка.
Через большое стекло наблюдаю за людьми в пиццерии, на столиках тарелки и напитки, разговаривают, смеются. Так обыденно, так легко все.
- Где Цезарь? - спрашиваю, успокоившись.
- Во дворе оставил. Ты же понеслась неизвестно куда, - ровный голос, скучающе смотрит по сторонам.
- Я так не могу уже, - вздыхаю.
- А я, по-твоему, от радости прыгаю? - он поворачивает голову.
- Вы даже с Антоном, - беру его руку, вкладываю в ладонь телефон. - Обсуждаете не меня, а игрушку, кому достанется.
- Ой, - он закатывает глаза. - А тебе оно надо, вникать?
- А я ни при чем?
- Ты как думала? Ну ладно, не судьба - и один в сторону отходит? И все на мази сразу, - замолкает. Водит пальцем по экрану. - Много прочитала?
- Ага. Они с Викой вчера переспали, - выкладываю новость.
- Ревнуешь? - он поднимает глаза.
- Нет, - морщу нос.
В его руках оживает сотовый. Читаем имя: Аленчик.
Мама звонит.
Слушаем рэп на входящем.
Глава 27
Качаюсь на качельке.
Завтра четыре пары, а еще родители обрывают телефон, но качаться все же легче, чем решать вопросики. Мама с Ильей летят обратно, и у меня мечта есть - под землю провалиться. И жить там в бункере, как в фильмах. Притвориться, что конец света.
Солнце уже заходит, последние лучи слепят и не греют совсем, и взрослая девочка в коротких кожаных шортах, косухе и высоких сапогах, на детской площадке - пришелец. Особенно, если ее высадили из черного джипа возле злачного места.
Сережа забрал деньги и поехал обратно, рассчитаться с соседкой за потоп, а мне предложил подождать полчасика, в баре или на массаже. Обычном, расслабляющем.
Звучит классно.