Сидит с Сережей, еще бы на колени ему залезла. Он смотрит на меня и не видит ее, но я-то все вижу. Маленькие поросячьи глазки. И как она нетрезво хрюкает ему в плечо.
Бутылочка указывает на нее. Ирочка выбирает вопрос из карточек на столе. Громко читает вслух:
- Сколько партнеров у тебя было одновременно?
Гвалт за столом стихает, пока Ира молчит и сводит брови.
Она еще думает, серьезно?
Она делает несколько больших глотков из стаканчика и говорит:
- Два.
Воу, я лечу.
Ей неприлично свистят и хлопают, она краснеет и смущается. Снова пьет.
- Точно дырка, - шепчет Вика. - Еще и всем призналась, давайте, вход свободный.
- Не доступная, а раскрепощенная, - говорит Игорь, услышав нас. Он сидит по другую сторону от меня. - Или ты ханжа, Вика? Зря. Два парня - двойное удовольствие.
- Может, там две девушки было, - замечаю я.
- Так еще лучше, - он расплывается в улыбке. - У меня как раз есть кое-кто на примете.
- На примете и оставь.
- Да ладно, обиделась? Я шучу.
Ха-ха-ха. Зря его позвала.
Антон бы уже попробовал зубы ему пересчитать.
Но Антона нет, и не будет. Вика сказала, он уехал, дома что-то случилось. Не смог дозвониться - у меня после озера не работает сотовый. И хорошо, наверное.
А у Сережи айфон поплавал и нормально.
Сережа сидит напротив, через стол.
Все эти гляделки с намеком, когда между двумя людьми есть нечто, остальным неизвестное - словно ток по воздуху, от меня до него. Ему уже задавали одно действие - нарисовать черные полоски на лице, проползти десять метров мимо домиков, всем, кто косо смотрит серьезно объяснять: я в танке.
Но его ничто не испортит. Наоборот, когда сам смеется, становится еще обаятельнее.
Танкист. Я и без игры это поняла. Что он упертый.
Сидит, так и не смыл карандаш с лица. Коммандос. Арнольд Шварценнегер.
Эй, Арнольд. У тебя голова, как футбольный мяч.
Ну да, он больше похож не на боевика, а на кота, с усиками этими. Довольного, мяу.
Мой мур.
Или почти мой.
Безумно приятно думать о нем в таком ключе. Или сказать кому-то: видите вот этого человека? Он мой. Ручонки прочь.
Так звучит, что аж нет слов. Слюни кап-кап, как у дурачка.
После Ирки-Дырки Тане выпадает передать зубами дольку апельсинки в рот лицу противоположного пола. Все уже настроились на жаркий поцелуй в конце, но она выбирает Димасика.
Прошареная.
С ним же как с подружкой, секса не будет.
Хотя, бывают такие подружки…
Вика, например, целовалась с тремя девушками. Нет, не сегодня, не проиграла желание, а так, из интереса.
Дальше Любитель Пива снимает элемент одежды с участницы справа.
Жара, жара, жареное солнце. Под блузкой у цыпы желтый лифак с атласными бантиками.
Градус то ниже, то выше, видимо, чтобы подогревать интерес и ждать, как скоро всеми овладеет бесстыдство. Ай, яй.
Друг Игоря показывает, как ходит голубь. На карачках, руками упирается в плитки пола. Кверху каком.
- Ох, малый, ты голубей когда-нибудь видел? - хихикает Вика.
- Гуленька бы его заклевала за такую пародию, - хихикаю в ответ.
С кем из присутствующих ты мог бы отправиться в постель - Игорь отвечает что со мной и Викой. Тянется через меня и подливает Вике в стакан вина.
Типа опять пошутил.
Дубль два. Ха-ха-ха. Зря его позвала.
Злата читает рэп о соседе справа.
Блин, ну почему не я. Ибо: ты такой…такой…такой…у тебя волосы…и глаза…упс, не получается … - это не рэп вовсе. Я точно знаю. Можете мне доверять.
Верю!
Пасибки, Станиславский. Прям радуешь.
На моей карточке вопрос: ты и твоя подруга влюблены в одного парня. Отойдешь ли ты в сторону ради дружбы?
Бам, это даже не вопрос с подвохом. Провокация откуда-то свыше. Пиу-пиу, друзья, мы все под колпаком.
- Конечно, она отойдет, мы же подруги, - Вика сама отвечает и тычется губами мне в ухо. Пьяные поцелуи на сбитом прицеле.
Ага.
Вообще, я один раз уже свалила в сторону. Не только из-за нее, из-за Антона тоже. Было не очень-то сложно на тот момент. А теперь как?
Ловлю Сережин взгляд. Он так внимательно смотрит. Неприятный вопрос. Напрягается - ходят желваки на лице. Вот у него проблемы с доверием. После того, что я сделала. Эйфория от нас и небольшой процент страха, что он мне просто хочет отомстить. Ждет, когда бесповоротно уйду от Антона, разругаюсь с Викой, чтобы сказать: детка, спасибо, мне было весело. Тебе разве нет?
Я ведь его не знаю совсем. Может, он притворяется. То, что есть влечение - без сомнений. Но мотивы ведь легко подделать. Состряпать сказку под названием “Долго и счастливо”. И оборвать лавстори сразу после кровати.