Прислушиваюсь к шуму на площадке, в полутьме двигаю к себе ведро. Отжимаю полотенце.
- Можем сегодня же мастеров вызвонить, - предлагает Сережа. - Переедем к моему другу пока.
- К которому ты баб водишь? - хмыкаю. - Вику, Иру, Злату, половину группы. Теперь меня, наконец, до кучи, - классная идея, парень. - Сам к нему едь. Я к папе.
Он приоткрывает дверь. Желтый свет лампочки отражается в лужах у порога. Наклоняется и собирает воду. Говорит:
- Тебе проще к отцу, чем со мной, конечно.
- Это, наверное, странно, что я не хочу в тот притон.
- У нас так никогда ничего не получится.
- Не делай из меня крайнюю опять.
Возим тряпками и молчим. Опаздываем в универ. Пахнет сыростью и канализацией, несчастная наша квартира. Электричества нет, линолеум разбухший, вздувается пузырями, слава гремит на весь подъезд, и ладно бы заодно оставались, вдвоем против всего мира, сказочно звучит, и сладко так, а не спеть ли мне песню, о любви, но нет, не в этот раз, ротик прикрой, мы с ним договориться не можем нормально.
Выхожу с Цезарем на пять минуток по собачьим делам, пока Сергей наспех заканчивает уборку. Переодеваюсь в черные легинсы и свитер, забираю рюкзак.
В машине он звонит электрику, уславливается на после обеда, на два часа дня. Дальше звонит рабочим, которых нанял Илья и что-то там выясняет, не вслушиваюсь особо. Не эксперт, но надо сначала коридоры, ванную и кухню в порядок привести, чтобы пол сильно не пострадал. А потом уже строить большой счастливый дом. Деревья садить, сыновей растить. Четыре сыночка и лапочку дочку. Все такое.
- Да, Ириша, - говорит он в ответ на принятый звонок. Поворачиваю голову. Смотрит на дорогу и улыбается. - Пара началась? Нет, не ставь энку, еду уже. Вчера почему не был? Я…
Немыслимо.
Вырываю трубку и нажимаю на сброс.
- Лесенка, ты обнаглела, - Сергей не глядя, тянет руку за телефоном. - Кто разрешил командовать?
- За рулем никаких разговорчиков, - кладу телефон на панель. - Не хочу из-за тебя еще и в аварию попасть.
- Да ладно. Хочешь, чтобы все по правилам было? Опоздала. Петр Степанович назвал бы тебя девиантом. Совершенно не вписываешься в нормы.
- На себя посмотри.
- Ау, я и не прикидываюсь хорошеньким.
Роюсь в вещах.
Я тоже не прикидываюсь. Моей репутации кранты и треснул мир напополам, значит, терять нечего. Приплыли, и чудесно на том берегу.
В раздевалке переодеваюсь в форму. Иду на стадион, через дорогу от универа.
Большое футбольное поле в пожелтевших проплешинах, усеянное прозрачными каплями росы в кольце асфальта и трибуны бело-сине-красной горкой вверх, в небо. За ними сосновый бор и хоккейная коробка, зимой, похоже, устраивают лыжные кроссы и гоняют шайбу по льду на разных там секциях. Видела фотки на сайте, когда с Викой институт выбирали. Красиво. Зеленые деревья в шапках снега и вокруг белое все, по периметру коробки железные беседки с гирляндами огней, а на льду мощные парни в дутых куртках. Вику тогда хоккей как раз и зацепил.
У нас зачет, бег на время вокруг поля. Почти все уже сдали, последние метры и скончаются друзья, прямо на белой финишной полосе, у ног Барбоскина, гав свистком.
Сережа там, рядом вертится Ирочка в голубом спортивном костюме. Обтягивающие брюки и свободная куртка, волосы распущены и вечерний макияж. Кхм, замнем. Неподалеку разминается Черный Питбуль, вот точно, спортсменка, зачем-то намотала на руки грязные бинты, как у боксеров. Подхожу.
- Раз ты сказал, что едешь, решила дождаться, - щебечет староста. - Вместе пробежимся. Привет, - она кривит лицо, заметив меня. - И ты здесь?
- Тоже в этой группе учусь, - киваю. - А ты лучше отойди подальше, - дергаю молнию на Сережиной толстовке. Тычу пальцем в искусанную, исцарапанную шею. - Аллергия. Жутко заразная.
Ира пялится, он усмехается и застегивает кофту.
- Зай, не преувеличивай, - смотрит на меня, но я только что в раздевалке вымазала на себя полтюбика тонального крема, и все, как надо.
- А ты никак не отстанешь? - Ира качает головой. Подмигивает ему. - Немного не твое дело, как брат ночи проводит, нет? Может, он со мной был, - нагло заявляет она.
- В мечтах разве, - хихикаю. Хотя вот совсем не смешно. Включил козла. Не может разобраться с этой дурой. А я тоже желанием не горю. Но лезу все равно.
- Вы на зачет пришли или болтать? - обрывает нас физрук. - Старт там.
Выстраиваемся на белой линии. По свистку и в путь.
Черный Питбуль сразу вырывается вперед. Четенько двигается, май профешэн намба ван, любоваться такими можно как огнём, водой, и чем там еще. Белые подошвы кроссовок мелькают на сером асфальте, хоть рекламу снимай, со слоганом “Ты можешь все и даже больше”. Мы с Сережей бежим за ней, в хвосте голос Ирочки: