Год за годом без тепла в груди и пожара в трусах, терзали Сонину душу. Пять лет без секса мучали как её тело, так и выворачивали наизнанку психику. Мозг буксовал, предлагая телу родить ещё пару-тройку, пока все живы. И мастурбацией это было не скрыть, не приукрасить.
Но вот парадокс. Для того, чтобы снова родить, тоже требовалось заняться сексом!
– Хочу трахаться! – прошептала Соня тележке магазина в откровении. – Хочу наглым образом ебаться. Быть отодранной во все щели жестко и беспощадно. Хочу, хочу, хочу, блядь!
Пожалуй, последнее прозвучало слишком эмоционально. От неё тут же шарахнулась старушка с выкриком:
– Прошмандовка!
Но девушка в красном сарафане этого даже не заметила. У неё в магазине была другая цель – добыть «обезболивающее для души». Мнение старых шоболд её не волновало.
Чего греха таить? Только винишко делало жизнь Сони сносной, позволяя забыть о своих скромных мечтах. Говорить открыто и прямо она могла тоже. Даже кричать на людях. Но это там, в глубине своего Я. На дне, где давно утонули самые сокровенные мечты и фантазии.
А здесь, на поверхности жизни, девушка позволяла себе только немного флиртовать. Потому, как и любой разумной супруге с жизнью, где все устаканилось, ей было страшно делать новые шаги.
А вот с винишком – не страшно.
«Может, и вправду шоболда»? – прикинула Соня: «Да не-е-ет, бред какой-то. Просто у бабки уже всё позади, а у меня… впереди»?
Соня едва слезу не пустила от острого осознания, что жизнь никогда не изменится. И каждый чёртов день будет как предыдущий. Даже выходные. И отпуск. Бабке наверняка есть что вспомнить, в отличие от неё.
– Так, сегодня надо взять две бутылки, – прошептала Соня, понимая, что тонет в жизненных определениях.
Коснувшись дна, она снова придёт к выводу, что ничего не хочет менять.
Зачем? Всё есть: муж работает, сын растёт, родители помогают, а брат присылает открытки из Испании на Новый Год.
Правда, иногда он рассказывает ей во всех подробностях как участвует в очередной оргии на тридцать человек у бассейна на вилле друга. Или откровенничает по видео-чату как намедни на морском побережье познакомился с местными нудистами и те беззаботно трясли перед ним мудями.
Чёртов холостяк прожигал жизнь так, как хотел!
Так, как она не могла себе позволить. Этой перчинки как раз и не хватало – острых ощущений.
Или хотя бы слов, что её любят, что она важна. Весомых подтверждений, а не чёртовой открыткой от сына.
Соня тоже в тайне хотела ходить голенькой по пляжу и открыто улыбаться людям, показывая киску. Но вместо этого катила тележку и пугала старушек, которые в любое иное время охотно бросили бы её за подобные разговоры на костер.
«Но что могут знать о бешенстве матки эти старые перечницы? Пусть живут воспоминаниями и другим не мешают»!
Но анализ вновь показал, что ей о своём буйном возрасте нечего и вспомнить.
Соня помотала головой, расправляя кудри.
– И что с того, что брат шалит? Всё равно страшно что-то менять. Вдруг будет еще хуже? – тихо заявила она селёдке в рыбном отделе, поправив завитушки. – Брак – это бремя ответственности. А испанцы… испанцы подождут.
Соня ненароком улыбалась при непристойных мыслях о знойных испанцах. Море, прогулки под луной, морепродукты. Наверняка, измени она мужу, это было бы именно там. Где-то между лодкой, вытащенной на берег и костром под яркими звездами.
Там – романтика! А здесь – тележка.
Там в костёр старательный Себастьян в ночи обязательно подкидывал бы палок после того, как кинул пару-тройку палок ей под звёздами на шезлонге. И черта с два он отдохнул бы у неё больше, чем необходимо времени, чтобы сбегать за текилой, самбукой, и парой мохито.
Не важно, что пить в момент страсти. Главное – накидаться до соплей. Ведь только так можно переступить через страх измены.
«Потерять всё ради секса? Хм-м», – прикинула Соня: «А оно того стоит»?
Девушка вдруг поняла, что пялится в отражение на витрине. Взгляд хищный, голодный. Маленький нос хорошо очерчен, почти заострен. Хорошо ведь. Почему этого никто не замечает?
Ещё бы! Лишнего веса почти и нет. А что большим ростом природа не наделила, так что есть, то неплохо сложено.
«Хороша рыбка, да не ваша», – вздохнула Соня, описывая саму себя: «Привлекательная, стройная, в приличной спортивной форме. Да что толку? Нет покорителя, с которым по-настоящему хотелось бы изменить недомужу»!