Гермиона замерла с брюками Гарри в руках, внимательно его слушая.
— Это так, — кивнула она. — Но та ночь дала нам возможность понять, кто мы на самом деле друг другу.
Гарри вскочил и, полностью обнаженный, стиснул Гермиону в объятиях.
— Я идиот. Я думал, что поступаю правильно. Ведь мне прочили смерть, да и ты целовала Рона.
— Это он целовал меня, — хрипло проговорила Гермиона и выдохнула, когда Гарри отпустил ее. — Слушай, а мы можем потом все обсудить, а сейчас пойти к французам?
— К манускриптам, ты хотела сказать, — улыбнулся Гарри.
— Да какая разница, одевайся!
Гарри весело улыбнулся и быстро натянул на себя одежду.
— В каком они номере?
— В соседнем, — сказал Гарри, застегивая мантию.
— Что? — вскричала Гермиона и резко перешла на шепот. — Они все слышали?
Гарри посмотрел на нее, как на идиотку.
— Да, кричала ты знатно, — ухмыльнулся он, за что и был награжден толчком в бок. — Да все нормально, заглушающие заклинания на месте.
Гермиона улыбнулась и повернулась к выходу, поднимая с пола свою бисерную сумочку, от чего ее узкая юбка задралась. Она сделала несколько шагов вперед и уже занесла руку, чтобы открыть дверь, как Гарри вдруг шепнул ей на ухо:
— Мне понравилось то белое платье. Ты в нем очень красивая.
Гермиона резко развернулась и ахнула, когда он впечатал ее в дверь, сразу приподнимая над полом и задирая юбку.
— Думаю, август самый лучший месяц для венчания.
— Согласна, — промычала она, распахивая мантию Гарри и вытаскивая его рубашку из брюк.
****************************************************************************
Адаптация сцены из романа Джанет Дэйли “Разбойник”
https://www.goodreads.com/book/show/1771984.The_Rogue
Комментарий к Доверившись своей судьбе
Думаю дальше будет меньше страдашек и больше потрахушек.
В конце концов это ЭРОТИЧЕСКИЙ сборник.
========== Придурок ==========
Вот придурок!
— Прошу прощения, мистер Поттер, — сказала Гермиона с чуть уловимой ноткой сарказма, — понимаю, как затруднила вас, вынудив поднять палочку и отправить сообщение. Как я уже говорила, это не повторится.
— Вы совершенно правы. Это не повторится, — сказал Поттер с наглой ухмылкой.
Если бы только он держал рот на замке, он был бы идеален! Силенцио помогло бы делу. Уж в заклинаниях ей не было равных.
— И чтобы этот инцидент случайно не стерся из вашей памяти, — продолжил Поттер. — Я хотел бы к пяти часам видеть у себя на столе полные отчеты по делам Шеффера, Колтона и Бомонт. А затем вы компенсируете тот час, что пропустили утром, отрепетировав со мной в конференц-зале презентацию проекта для Уизли… Начнем в шесть. Если вы собираетесь им заниматься, вам придется доказать мне, что вы не полный профан в своем деле.
Широко раскрыв глаза, она смотрела, как он отворачивается и захлопывает за собой дверь кабинета.
Гермиона зарычала. Она ненавидела его, то есть, конечно, он был красивым, героем второй магической войны и просто великолепным игроком в квиддич, но она ненавидела его. Его наглые зеленые глаза, которые насмешливо следили за ней каждый чертов день в школе. Сначала она думала, что ей это показалось, что она просто придумала интерес к себе такого знаменитого волшебника, уже не раз встречавшегося лицом к лицу с Волдемортом, но нет. Интерес был. К ней и еще к Чжоу, и к Луне, и кажется, к сестре лучшего друга Джинни Уизли.
Она ненавидела его.
Особенно, когда он пригласил ее на рождественский бал, — через секунду, после того как за измену его отшила Чжоу Чанг. Мысль что этот кобель прикоснется к ней своими блядскими руками, была непереносима. Но Гермиона лукавила. Она хотела его. Да, каждая хотела бы. Оправдывать себя нет смысла. Но и очередной зарубкой на его супербыстрой метле она быть не хотела. Он донимал ее приглашениями ровно до тех, пока она не пришла на рождественский прием у Слагхорна с Невиллом Лонгботтомом. Уже через полчаса она застала эту задницу трахающим Луну Лавгуд, с которой заявился он сам. Она ненавидела его потому, что следующим шагом ему в отместку были отношения с его однокурсником Невиллом. Отношения, приведшие к самому постыдному и смешному опыту в ее жизни. Гарри Поттер узнал об этом, и его взгляд изменился, от внимательного и заинтересованного он стал презрительным, словно она изменила ему. А потом была битва за Хогвартс, и она хотела помочь — хотела сражаться — хотела быть в гуще событий, ведь она столько умела, столько знала. Именно это она кричала Гарри, когда он тащил ее, брыкающуюся, в Выручай-комнату и силой запер в Исчезательном шкафу.
—А если ты умрешь?! — рыдала она в тот день, стучась что есть сил в проклятую дверь шкафчика. — Я хочу с тобой! Я могу помочь.
—Добби выпустит тебя, — произнес он, задыхаясь. Все-таки протащить три этажа извивающуюся девицу не каждому было под силу. — Сиди и думай обо мне, Грейнджер.
— Гарри, Гарри, вернись!
Гермиона вынырнула из воспоминаний и чертыхнулась: времени до шести оставалось не так много. Просто великолепно, за семь с половиной часов, если пропустить обед, она должна была все сделать. Она села за стол, достала перо и принялась за дело.
Когда все потянулись на обед, Гермиона осталась на месте, словно приклеенная к стулу, с чашкой кофе и пакетиком орешков и сухофруктов, купленным в автомате внизу еще с утра. В обычной ситуации она бы принесла что-нибудь из дома или отправилась перекусить с другими практикантами, но сейчас время работало против нее.
Услышав, как открывается наружная дверь, Гермиона подняла голову и улыбнулась входящей Нимфадоре Тонкс. Она была аврором, когда сама Гермиона изъявила желание работать в отделе раскрытия преступлений, связанных с магией, и какое же было ее удивление, когда, вернувшись из французского университета пять лет спустя, она увидела своим начальником не кого-то, а именно Поттера, мысли о котором не покидали ее никогда.
После того, как Добби выпустил ее из шкафа, она спустилась в Большой зал Хогвартса, где лежало много прикрытых тел, а по углам сидели уставшие во время битвы волшебники. Ее осудили за трусость — она не стала оправдываться, тем более, все потеряло смысл, когда она увидела поцелуй Поттера и Джинни Уизли, первой красавицы Хогвартса. Грейнджер покинула Хогвартс в тот же миг и сдала экзамены экстерном, чтобы учиться во Франции, где ее ждали родители.
— Ну что, пошли обедать? — спросила Тонкс.
— Обед мне придется пропустить. Сегодня какой-то адский денек.
Гермиона смущенно покосилась на Тонкс, и улыбка той немедленно превратилась в ухмылку.
— Адский денек или адский босс?
Она уселась на край стола.
— Слышала, что сегодня утром Поттер был малость взбешен.
Гермиона со значением на нее поглядела. Нимфадора Тонкс не работала с Гарри Поттером, предпочитая полевую работу, тогда как сам Поттер устал от игры в войну, к которой его готовили с самого раннего возраста, засел в Министерстве и стал инспектором с неплохими перспективами. Подружились Тонкс с Гермионой потому, что у Тонкс отец был магглом, как, впрочем, и мать у Гарри.
— Даже если я раздвоюсь, все равно не успею закончить вовремя, — Гермиона уткнулась лбом в руки, а затем взглянула в лицо подруги.
— Может, тебе что-нибудь нужно? — Тонкс повела глазами в сторону его кабинета. — Наемный убийца? Святая вода? Авада Кедавра?
Гермиона рассмеялась:
— Нет, спасибо, этого даже Авада Волдеморта не взяла, что ему какой-то убийца.
Тонкс хмыкнула и, махнув рукой, вышла за дверь.
Спустя несколько часов Гермиона дописала последние документы-отчеты, и в пять минут седьмого поставила последнюю точку на пергаменте. Она взглянула на часы и сорвалась в кабинет к Поттеру.
Извинения ей не помогут. И кроме того, с какой стати она должна отвечать за то, что от нее не зависело? Пусть поцелует ее в зад. Преисполнившись новой для себя смелости, она гордо подняла подбородок и прошествовала туда, где он сидел.