совсем обмякла и практически не могла двигаться. Она никогда легко не кончала и не
могла вспомнить, когда в последний раз мужчина доводил её до хотя бы одного
оргазма во время секса, не говоря уже о том, чтобы кончить дважды.
«А мы ещё даже на самом деле не трахались», — подумала она.
Но судя по тлеющим огонькам страсти в бледно-голубых глазах Мэтта это не за
горами.
— Боже, ты невероятная на вкус. Я знал, что ты справишься. — Он скользнул вверх по
её телу и накрыл поцелуем её рот. Энди застонала, попробовав собственный вкус на
его губах. Мэтт воспользовался возможностью тщательно изучить её языком.
Он прижимался к ней всем своим огромным мускулистым телом, отчего Энди должна
была задыхаться. Вместо этого тяжесть его тела приятно давила на её обнаженную
кожу, а от ощущения того, как он терся скованным кожаными штанами членом об её
естество, Энди ахнула. Она не помнила, когда в последний раз чувствовала себя
настолько живой.
«Вероятно, ещё до того, как я пришла работать в Агентство», — рассеянно подумала
она.
Языком и пальцами он вытворял внутри неё настолько изумительные вещи, что она
понимала, что захочет большего.
— Мэтт, — прошептала она, когда он, наконец, прервал поцелуй. — Мэтт, я хочу... ты
мне нужен.
— Ты тоже нужна мне, Энди, — его голос охрип от похоти. — Мне нужно быть
внутри тебя, трахать тебя. Я не могу больше ждать.
— Я не хочу, чтобы ты ждал. — Она склонилась к нему и поцеловала, удивленная
собственной смелостью. — И как же ты меня хочешь?
— Встань на четвереньки, начнем с этого. — Он нежно погладил её по лицу. — Ты
тугая, а я большой. Так я смогу открыть тебя, так ты привыкнешь к моему члену
внутри, так я не причиню тебе вреда. Хорошо?
— Ох, ладно, — прошептала Энди онемевшими губами. Теперь, когда они дошли до
самого главного, она не могла поверить, что на самом деле собирается сделать это.
Добровольно раздвинуть ноги и позволить ему погрузить толстый член в её
обнаженное лоно по самые яйца. И всё же, часть её, очень большая часть, так сильно
хотела этого, что она едва могла дышать.
Мэтт отстранился и начал снимать черные кожаные штаны, тем самым позволив ей
встать. Энди развернулась лицом к подлокотнику дивана, встала на колени и
раздвинула ноги, устраиваясь поудобнее и ощущая, как кожа дивана холодит её
обнаженные груди и соски.
— Хорошо, дорогая, очень хорошо. — Мэтт опалил горячим дыханием её шею, а
затем она ощутила тепло от накрывшего её сзади большого горячего тела. Что-то
влажное и жесткое коснулось её бедра, и она догадалась, что Мэтт прижался к ней уже
не сдерживаемым кожаными оковами членом и, судя по каменному стояку, оказался
более чем готов её трахнуть.
— Боже, — прошептала она скорее для себя, чем для него, когда он расположился у
самого входа. Она чувствовала влажную, округлую головку члена, скользящую по
раскрытым складочкам. Мэтт не входил в неё, пока нет, он лишь смачивал в её влаге
член, чтобы потом легко скользнуть в лоно. Думала ли она, что будет чувствовать себя
настолько уязвимой? В самом деле? Ощущение беспомощности и такой открытости
оказалось в сто, нет, в тысячу раз хуже.
«И насколько он большой на самом деле? —спросила она себя, желая получить
возможность увидеть его, прикоснуться к нему, прежде чем встать в такую позу. —
Будет ли это больно?»
Она почувствовала, как её внутренние мышцы сжались от этой мысли, и до крови
прикусила нижнюю губу.
— Эй, солнышко, расслабься. Просто расслабься. — Мэтт провел большой теплой
ладонью по её спине сверху вниз и прошептал ей на ушко: — Я знаю, что ты боишься.
Обещаю продвигаться медленно.
— Всё... всё в порядке, — с трудом выдавила из себя Энди, а затем он нажал головкой
члена на вход в лоно, и она больше не смогла не то что говорить, но и думать.
Мэтт отлично выполнил своё обещание. От медленного скольжения толстого члена в
её раскрытое естество Энди снова прикусила губу, но на этот раз от нетерпения. Она
чувствовала, как растягивается, приспосабливается к нему, но после первого шока от
давления широкой головки на её вход, больно не было. Ей хотелось поторопить
Мэтта, но она не могла вымолвить ни слова. В любом случае, судя по его действиям, Мэтт не выполнит её просьбу поспешить, даже если ей удастся её озвучить. Он