А это даст и определённые привилегии. Раз в неделю ему дозволят спать с одной из Наставниц или Учениц по его выбору. Он будет получать лучшую пищу и иногда выезжать за пределы Астарота по делам братства.
Впрочем, здесь, в Астароте, он был счастлив. Очень счастлив. Здесь не надо было ни о чём думать, не надо было принимать никаких решений. От него требовалось лишь доверять Учителю и делать то же, что и все. Именно в этом и заключался душевный покой. Здесь не смущали никакие искушения, здесь он был в полной безопасности. Его отец во грехе Фрэнк Рид больше не давил, не приставал, требуя брать пример с Кэна, старшего брата, который учился в Стэнфордском университете и был капитаном футбольной команды.
Всё это его больше не волновало. Теперь он был Симеоном, душа его принадлежала Господу, и в служении Ему заключался смысл жизни. Наконец-то нечего было бояться; когда придёт конец света, его душа будет спасена, и он обретёт вечную жизнь в счастье и покое. Так сказал сам Учитель, Посланник Господа на земле.
Но важнее всего было ощущение принадлежности к братству. Он чувствовал, что не одинок, здесь все братья и сёстры. Вокруг люди, которые его любят и которым он не безразличен. Они действительно любят. Ведь братство Душ Господних зиждётся на любви. На любви к Господу, на любви к Учителю, на любви друг к другу, от Первого Старца до самого неопытного Ученика.
Конечно, Очищение было нелёгким испытанием, но даже в то время жизнь не сводилась к одной только работе. Дважды в неделю они пели гимны, псалмы и танцевали. Каждый день после обеда целый час оставался свободным, можно было гулять по территории, играть в мяч или просто лежать под деревом. Чувство голода не проходило, но Джефф понимал, что воздержание необходимо для подлинного Очищения. Ведь умерщвляя плоть, мы спасём душу.
Перед его глазами возник сочный кусок жареного мяса. Усилием воли он отогнал мысль о еде. Учитель сказал, что все твари, живущие на земле, созданы Господом, поэтому убивать и есть их — грех.
Он решил думать о чём-нибудь другом. Очень беспокоила судьба Аталии. Неужели она не была счастлива в Астароте? Он чувствовал свою вину: надо было поговорить с ней, объяснить, как прекрасно жить в братстве.
Внезапно вспомнилась их последняя встреча. Это было в церкви, в час последней молитвы. Они сидели на полу рядом, и в какой-то момент он повернулся в её сторону.
Балахон Аталии был неплотно запахнут и под ним мелькнула обнажённая грудь. Он попытался отогнать это воспоминание, но не смог. Стало только хуже. Вспомнилось, как давно, словно это было много лет назад, в другой жизни, они впервые встретились на пляже. Тогда ей было семнадцать лет. Стройная загорелая девушка смотрела на него широко открытыми глазами, длинные каштановые волосы развевались на ветру. Между ними словно проскочил электрический разряд. Он вспомнил, как ехали вдоль берега, глядя на волны, как, найдя уединённую бухту, они, наконец, разделись и легли на горячий песок, тесно прижавшись друг к другу. На Синди был очень открытый купальник; запах и ощущение её кожи, солёной от морской воды и нагретой солнцем, сводил с ума. А потом они взяли у приятеля ключ и провели ночь в его квартире в Санта-Монике. Джефф представил её тело и чуть не застонал.
Он попытался вспомнить то место в Писании, где говорится об укрощении плоти. Напрасно. Перед глазами стояла Синди, он даже почувствовал, как она прижимается к нему всем телом…
Сбросив одеяло, он решительно направился в душ. Там включил воду и закрыл глаза. Это средство Наставники рекомендовали как наиболее эффективное в борьбе с Дьяволом, искушающим плоть. Джефф долго стоял под холодной водой…
Глава 15
На следующий день Морс и Рид дежурили у Астарота с рассвета. Концерт закончился поздно, и Рид боялся, что с утра никто из работавших накануне не поедет в город, но Морс знал ситуацию лучше:
— Не волнуйтесь, Фрэнк, это не коммуна хиппи, а секта. Сегодня такой же рабочий день, как любой другой.
И действительно, среди Учеников, садившихся в автобус, был и Джефф. В этот раз за руль понтиака сел Морс. Он ехал за автобусом, не отставая, до самого международного аэропорта. Автобус останавливался у нескольких входов, и каждый раз из него высаживалась небольшая группа Учеников, которые сразу же начинали предлагать брошюры авиапассажирам. Группа, в которой был Джефф, вышла из автобуса около зала компании Трансуолд Эрлайнз и заняла довольно удобное место шагах в тридцати от выхода: они не мешали входящим, и в то же время пройти ко входу, минуя их, было трудно.