– Что они кричат? – Спросил Виталик.
– Не слышно, – пожала плечами Айгуль.
Мальчишки отстали, но нашу колонну провожали неизменно любопытные взгляды встречавшихся по пути взрослых и детей. Айгуль внимательно смотрела по сторонам, но, похоже, не могла найти дом своего родственника.
– Здесь, – она крутанула руль вправо и припарковала машину у старой запущенной хибары.
Мы вышли из машин. Давид оглядел заброшенную на вид развалюху и удивленно поднял брови:
– Ты уверена, что это дом твоего любимого дядющки?
Айгуль скривила губы в усмешке:
– Он не самый любимый.
– И все-таки?
– Я не была здесь пять лет. Хрен знает, что могло произойти за эти годы…
Мы прошли вглубь двора. Внутри все было запущено и загажено. За домом густой стеной высилась трава высотой в человеческий рост.
– Пышно колосятся плантации конопли у твоего дяди… – усмехнулся Давид.
– Настоящая? – С оживлением спросил Виталик.
– Это не тот сорт. С нее ни фига не будет, – разочаровала его Айгуль.
Дверь в дом была распахнута. Мы вошли внутрь. Голые стены, толстый слой пыли на полу. Из мебели – только старый грязный стол и большая бочка.
– Может, это не тот дом? – С надеждой в голосе спросил Виталик.
– Или твой дядя нас испугался? – Улыбнулся Давид, глядя на Айгуль.
– Идите в жопу! – Отмахнулась она.
– Когда ты с ним в последний раз говорила? – Не унимался Виталик.
– Не помню…
Давид сел на край бочки и почесал нос. Из-за бочки выползла темно-зеленая змея, за ней – вторая.
– Давид, змеи! – Крикнул Виталик и бросился к двери. За ним к выходу отступили остальные.
Давид продолжал спокойно сидеть на краю бочки. Змеи проползли у него между ног и направились к нам. Мы ретировались из комнаты.
– Как же Давид? – Спросил Сергей.
– Топор! – Айгуль решительно направилась к машине. Но она даже не успела дойти до калитки, как Давид спокойно вышел из дома.
– Давидуська! Как ты? – Оля прижалась к нему.
– Все нормально.
– Они же почти прямо по тебе проползли…
– У меня со змеями договоренность – они меня не трогают, и я их не трогаю… – Усмехнулся Давид.
– Я жутко змей боюсь, – призналась Оля.
– Ну ты даешь… – вернувшаяся от калитки Айгуль тоже обняла Давида.
– Ладно, оставим сантименты. – Давид отстранил девушек. – Вопрос в том, что мы собираемся делать дальше. Наш Мал… – Он вопросительно глянул на Айгуль.
– Малдыбай.
– Точно – Малдыбай – исчез…
– Может, он умер? – Высказал предположение Виталик. Айгуль молча пожала плечами.
– Мы должны согласиться, что за те пять лет, что Айгуль не видела своего любимого дядюшку, в мире могло произойти все, что угодно… – Продолжил Давид.
– Что же ты раньше не сказала, что не виделась с ним пять лет?! – Возмутился Виталик. – И вообще, как можно столько времени не общаться со своим дядей и ничего о нем не знать?
– Здесь весь аул – мои родственники, дяди и тети. – Безразлично выдохнула Айгуль. – Что, мне теперь каждый день с ними тусоваться?
– Со всеми необязательно, но вот с Мал… – Улыбнулся Давид.
– Малдыбай.
– Да, с Малдыбаем надо было, надо было… – Покачал он головой.
– Ладно… – Айгуль направилась к калитке.
– И че? – Непонимающе огляделся Виталик.
Мы побрели вслед за Айгуль. Выйдя за калитку, она решительно прошла к соседнему дому и крикнула что-то по-казахски. Дверь открылась, из-за нее показалась женская голова в белом платке. Айгуль спросила что-то – судя по всему, о Малдыбае. В ответ женщина только рассмеялась, после чего скрылась в доме.
– Ты рассказала ей свежий казахский анекдот? – Спросил Давид, прислонившись к капоту «Нивы».
– Пошел на хер! – Айгуль направилась к следующему дому. Там ей вообще никто не ответил.
Глава 10
Давид достал из кармана монетку, подбросил ее, поймал и положил на тыльную сторону другой ладони. Оля села на траву, скрестив ноги.
– В смысле – че, на этом наша экспедиция заканчивается? – Виталик открыл дверь «Порше» и залез внутрь.
Метрах в двадцати от нас на велосипедах кружили двое мальчишек. Один – лет десяти, другой – помладше, лет семи. Они с любопытством нас разглядывали, обменивались фразами на казахском и смеялись. Наконец младший, осмелев, подъехал к нам. За ним и старший. Больше всего их интересовал «Порше», вокруг которого они сделали один круг, затем – второй.