Квентин. Не иначе. Кто бы еще мог оказаться в это время поблизости, как не мой, так называемый, проводник в новый мир?
Бедняга. Сама того не подозревая, я стала причиной гибели человека.
— Черт, — вырвалось у меня. Страх заковал сердце в тиски. Оно едва билось, полное ужаса и осознания того, насколько коротким будет мое пребывание в новом мире. Почему мне никто не обмолвился даже словом о том, что за твари населяют этот первый сектор? Почему?
Вряд ли добряк Пейн не знал об этом.
Рядом раздался рык. Мохнатые лапы переместились в мою сторону, и я решилась посмотреть на их обладателя. Очень медленно, чтобы не провоцировать существо на атаку, я подняла голову и тотчас пожалела об этом.
Лучше бы мне не видеть длинную морду с оскаленными клыками. И эти наросты-иглы на мощном теле. И глаза, горевшие ярким синим светом, словно сама преисподняя взирала на меня из глазниц чудища, которому не было места в нормальной жизни.
Наши взгляды встретились, и тварь зарычала, подобравшись всем телом. Размером она была с приличного молодого теленка и лишь отдаленно походила на волка. Я не видела в своем мире ничего подобного этому созданию. Покрытое шерстью мощное тело с раздувавшимися боками, на которых, помимо прочего, красовались какие-то уродливые наросты, походившие на панцирь черепахи, наверняка, столь же плотные. В синих глазах существа сверкнуло желание убить. Кажется, монстр наигрался и здесь, у реки, я и умру, так толком и не почувствовав снова свое тело.
— Надеюсь, ты подавишься, — произнесла я громко, показывая пустому лесу никому не нужную браваду.
И тварь прыгнула. Оттолкнулась задними лапами, расплескав воду, зацепив ногу того, кого сожрала прежде, чем нашла меня.
В тот миг я очень хотела быть храброй, смелой. Хотела заглянуть в глаза своей смерти, но в последний момент испугалась и зажмурилась, почти ощущая неминуемую боль.
Громкий треск, раздавшийся в воздухе, оглушил меня на долю секунды. Боль я ощутила. В ногах, когда на них, еще толком не оживших, упало нечто тяжелое, придавив к камням и вырывая из моей груди стон отчаяния и муки. Сердце пропустило удар. Я приготовилась умереть, но смерть за мной так и не явилась. Река продолжала журчать, ноги болели так, что хотелось вопить, но никто не рвал меня на части, вонзая жуткие клыки в измученное тело.
— Эй! Тут есть еще кто-то! – вдруг услышала я мужской голос, ворвавшийся в мое сознание словно гром среди ясного неба. Я открыла глаза и, оглядевшись, увидела, что монстр, преследовавший меня, лежит мертвым рядом. И лишь его лапа придавила мои многострадальные конечности, отчего они и разрывались от боли.
Над головой на вершине оврага, послышались шаги. Вниз посыпались мелкие камешки, а затем кто-то начал спускаться. Молча, не таясь.
Наученная горьким опытом, я теперь держала рот на замке, соображая, кто же это может быть. А менее чем минуту спустя увидела своих спасителей.
Мужчин оказалось двое. Незнакомцы, на вид довольно опасные, спрыгнули на берег и разделились. Один направился к телу, лежавшему в воде, второй — в сторону убитого монстра, то есть, в мою. При этом молодой мужчина глядел не на дохлую тварь, а на меня. Глаза в глаза. И я застыла, слушая свое сердце, не в силах произнести ни слова.
Незнакомец был молод. Я бы не дала ему тридцати. Рослый, крепкий. Одетый в камуфляжного цвета охотничью куртку, с рюкзаком за спиной и ружьем наперевес. Он приблизился, вскинул оружие и, прежде чем подойти ближе, пнул ногой монстра, предварительно направив ему в голову ружье. Затем обитатель первого сектора нажал на курок. Очередной удар грома заставил меня оглохнуть на несколько секунд. Кровь и ошметки плоти и костей полетели в стороны. Я почувствовала, как на щеку приземлилось нечто вязкое, отвратительно горячее. И, прежде чем открыла глаза, смахнула это нечто, решив даже не смотреть, потому что и так чувствовала себя прескверно.
— Логан! – прозвучало в тишине. – Тут девка. Судя по всему, свеженькая.
Я открыла глаза и встретилась взглядом с незнакомцем. Он оскалился, показав белые крепкие зубы, и наклонился ниже, словно хотел разглядеть меня как можно лучше. Я, в свою очередь, смотрела на него, отмечая глубокий шрам на щеке и излишне крупный нос. А вот глаза мужчины мне почти понравились. Карие, с вкраплениями золота. И взгляд был адекватным.
— Свежая? – донеслось до моего слуха. – Не похоже. Была бы свежая, визжала бы так, что мне не пришлось бы тратить патроны. Тварь сдохла бы от ее воплей.