— Как? – не поняла я. Пейн об этом не говорил ни слова.
— Убил при переходе, — просто ответил сероглазый.
— Вы знакомы с доктором Пейном? – ахнула я и тут же сама удивилась собственной недальновидности. Конечно, он был знаком с Артуром. Ведь иначе, как оказался здесь? Не своими же ногами пришел.
— Я был в числе первых, кто дал согласие на участие в эксперименте. — Логан поднял взгляд. Его глаза матово блеснули, и я тут же опустила взор, не выдержав его взора.
— Вот как, — только и произнесла. – Я ничего не понимаю. Если вас здесь много, почему за мной отправили только Квентина. И почему он пошел один, да еще и без оружия? — Вот не видела я, чтобы при трупе было ружье. Крам при мне обчищал карманы мертвого.
— Нас не так много, как хотелось бы. — Логан закончил растирать одну из моих ног, принялся за вторую, почти сразу вскинув взгляд. – Твоя одежда мокрая.
— А прежде ты этого не заметил, пока тащил меня на плече? – не удержалась, чтобы не съязвить.
— Не до того было. Мы спешили покинуть опасный район, — просто ответил мужчина и вдруг заявил: — Раздевайся. У меня есть смена одежды. Конечно, размер не твой, но лучше так, чем в мокром. Крам даст тебе свою рубашку, а я штаны.
— Вот еще! – ахнула я, только представив себе, что сейчас устрою стриптиз на радость этим двоим. А вдруг они извращенцы? Что, если в секторальном мире все же нехватка женщин? Или их тут вообще нет, и я первая такая заявилась на радость мужскому населению.
Вот только Логан был непоколебим в своем стремлении.
— Давай. Я просушу твои тряпки, пока будем отдыхать. И заодно разотру вторую ногу. — Сероглазый наклонился ко мне и решительно схватил полы моей куртки, потянув ее вниз, открывая плечо и свитер.
— Эй! – возмутилась я. Но Логан словно не замечал моего протеста. Стащив куртку, он швырнул ее Шраму, велев: — Сделай пламя побольше. Надо просушить шмотки. У нее все мокрое.
— Заметано! – отозвался Крам, и я с удивлением проследила, как парень простер ладони над синим пламенем, пошевелил пальцами, и оно начало расти, снова не обжигая при этом Шрама.
— И джинсы снимай, – велел Логан, оставив меня, наконец, в покое только для того, чтобы достать из рюкзака обещанные штаны. Ими оказались холщовые брюки. Сухие и мягкие, не в пример моих мокрых и изрядно испачканных землей.
— Снимай, — заметив, что я медлю, холодно проговорил охотник. – Иначе от свитера и штанов я тебя освобожу собственноручно.
Бросив взгляд на Шрама, я увидела, что тот соорудил из палок, найденных на поляне, хлипкий шатер над огнем, на который бросил поверх куртку. Одежда, вопреки ожиданию, не загорелась. Но от нее повалил пар, и я сообразила, что странное пламя действует, как отличная сушилка.
— Я жду, — напомнил о себе Логан. Крам уже нес мне свою рубашку огромного размера. Мягкую, в полоску.
Стиснув зубы, я взялась за низ свитера попросив:
— Отвернитесь.
Не то, чтобы я была очень уж стеснительной. Но при незнакомцах раздеваться не хотелось. И все же пришлось.
Стащив свитер, я протянула его Логану. И если Крам отвернулся, соблюдая приличия, то его друг смотрел на меня без стеснения. Хотя, стоило признать, во взгляде охотника не мелькнул даже намек на интерес к моим прелестям, затянутым в лифчик. Его я снимать не собиралась ни при каких условиях.
Поспешно надевая рубашку с чужого плеча, я понимала, что краснею. Жар прилил к щекам. Наверное, вид у меня был тот еще, как у школьницы, застуканной на чем-то неприличном.
Логан передал мой свитер Шраму и тот отправил его сушиться в комплект к куртке.
— Штаны, — напомнил мне сероглазый. Стиснув зубы, я попыталась снять их сама. Да не тут-то было. Если руки слушались меня уже хорошо, то ноги пока напрочь отказывались сотрудничать. Я чувствовала собственные прикосновения к бедрам, когда, извиваясь на земле, тщетно пыталась освободиться от штанов, но все еще не могла шевелить нижними конечностями.
— Погоди. Я помогу. – Крам подскочил ко мне, опередив Логана.
Никогда я еще, наверное, не была так смущена и зла одновременно. Но следовало отдать должное парню со шрамом. Он раздел меня быстро и унес джинсы, даже не взглянув на меня. А вот Логан помогал мне надеть его штаны, натянув их до колен, словно я была манекеном. Дальше я действовала сама. Явно красная и очень злая на весь мир за этот неуместный стыд.
— Давай я перенесу тебя к огню, — предложил Крам, — согреешься. А вещи будут сухими уже через полчаса.
Он приблизился ко мне, наклонился и поднял на руки. Отнес к огню, усадив на свой рюкзак и привалив к спине рюкзак друга. Я сглотнула вязкий ком и потянулась к синему огню, дарившему тепло. Злость понемногу отступала. Я понимала, что сои спасители поступают правильно. Но от смущения так сразу не избавиться. Оно или есть, или его нет.