«Это он. Человек Пейна, не иначе!» – сказала себе, а вслух крикнула: — Здесь! Я здесь!
Криком этот хрип можно было назвать только с огромной натяжкой, но в оглушающей тишине он прозвучал достаточно громко, и ответом мне был очередной хруст и чья-то тяжелая поступь. Нехорошее предчувствие заставило меня затихнуть. Я запоздало сообразила, что будь нарушитель тишины Квентином, он отозвался бы, крикнул что-то в ответ. Но шаги приближались, а ответа как не было, так и нет. И только с минуту спустя я расслышала странный тяжелый вздох и сопение, явно не принадлежавшие человеку. Было в них что-то пугающее, звериное.
Шаги приближались, а я лежала, боясь оглянуться и увидеть нечто из фильма ужасов. Фантазия напрочь отказывалась работать, как и тело, закаменевшее от страха.
Хруст приблизился, затем замер. Я задержала дыхание, решив прикинуться бревном. Да, глупо, но какой другой выход, если встать и побежать нет никакой возможности?
Удар сердца… Еще один. И в воздухе раздался оглушительный рев, от которого у меня едва не заложило уши. За спиной зашуршала опавшая листва, раздался низкий сдавленный вдох, и прямо передо мной, взбивая мох и землю, опустились огромные черные лапы непонятного существа.
Крик рвался из горла. Не знаю, как смогла его подавить, проглотив, словно ком, уставившись на две жуткие конечности с огромными когтями, вонзившимися в мох. Когти были каждый с мой мизинец длиной. Желтые, грязные. А лапы походили отдаленно на собачьи или волчьи. Покрытые шерстью, они воняли так, что защипало глаза, и я уже поняла: передо мной не Квентин. Точно не он. Оставалось набраться храбрости, поднять голову и посмотреть на зверя. Только страх удерживал меня от этого движения. Вместо того чтобы закричать, поднять взор, я прижалась к холодной земле и поползла, загребая мох и камни руками — волоча свое непослушное тело. Огибая страшные волосатые лапы с когтями и слушая недоуменный рык твари.
По всей видимости, мне удалось его удивить. Потому что зверь не напал. Не тогда, пока я продолжала ползти на пузе и на чистом упрямстве.
Ноги совсем не слушались. Да, пальцы кололо, но в целом они все еще были неподвижны. Встать и побежать я не могла. Оставалось только ползти и слушать, как следом за мной идет чудовище.
Я не понимала, почему оно не нападает. Играет? Возможно. В том, что тварь плотоядная, я не сомневалась. Так смердеть могло лишь существо, питающееся мясом, а не травкой и корешками.
Я ползла и ползла, а монстр шел за мной, издавая низкие утробные звуки. Оно словно смеялось, забавляясь над беспомощной жертвой. Чудище уже успело сообразить, что убежать я не могу, а возможно, было сыто, иначе не играло бы со мной, как кошка с мышкой, что, впрочем, не умаляло грозившей мне опасности.
Под руками хлюпало. Земля стала влажной и холодной. Снег продолжал падать, а я двигалась вперед, полная отчаянной решимости и понимая, что умру, когда твари надоест следовать за мной. Но вот поляна пошла под уклон. Я подтянулась к краю небольшого оврага, перевесилась вниз и, оттолкнувшись руками, покатилась, ударяясь о камни, выглядывавшие изо мха. На дне шлепнулась в речку, мгновенно ощутив, как ледяная вода заливает одежду, и было выругалась, когда услышала громкий всплеск. Мой преследователь спрыгнул вниз, оказавшись совсем рядом.
— Да чтоб тебя, — проговорила в сердцах, ухитрившись сесть и упереться спиной на скользкий склон. Взгляд вырвал у камней у реки нечто страшное, отчего я мгновенно перестала дышать. В воде, чуть ниже места, куда я скатилась, уползая от преследователя, лежало человеческое тело. Точнее, его нижняя половина.
По горлу поднялась тошнота. Я стиснула зубы и резко втянула воздух, с ужасом глядя на мертвеца.
Река омывала ногу в тяжелом кожаном сапоге. Набрякшая рваная армейская куртка местами вздулась, словно воздушный шар. Я видела только ноги, принадлежавшие мужчине, и пыталась успокоиться, уже сообразив, кто это был, стараясь не обращать внимания на алую кровь, убегающую с речным потоком. В желудке что-то снова завозмущалось, заторопилось наружу, но я сделала очередной глубокий вдох, усмиряя взбунтовавшийся организм. Еще не хватало, чтобы меня сейчас вырвало. Тогда тварь, несомненно, нападет. И мне наступит конец.
Впрочем, мне в любом случае теперь не жить. Ведь мой шанс лежал рядом… Точнее, его половина. Думать о том, куда делись голова и торс с руками, не хотелось. И все же, я еще раз взглянула на мертвеца.