Вега произнес речь по-французски специально для Этьена и стал переводить нам:
— В культуре социума, которому принадлежит Индер, — сказал он, — есть обычай дарить подарок коллеге, уходящему в отпуск. Если нет подарка, значит, его труды ни в грош не ставят. Я подарил коллекцию луковиц гладиолуса. Нас двадцать человек, и луковиц в наборе было ровно двадцать.
— Прорастут ли они? — спросила я.
— У Индера прорастут, — ответил шеф. — Он увез с собой тонну грунта. Будет лишний раз скучать о работе, может, и нас вспомнит… — он развернул на коробках карту мира, нахмурился. — Алена и Владимир, — объявил шеф, — до Урала. Сколько сможете объехать: города, дороги, транспорт, базары и стадионы… не мне вас учить. Все места, где могут формироваться узловые матрицы, кроме храмов! С храмами работает Олег. У него есть опыт реставрации, ему проще договориться с клиром, — шеф снял верхнюю коробку, и его трибуна стала ниже на «этаж».
— Все нам? — спросил Володя, принимая коробку. — У, ёлки, тут на всю жизнь работы…
— Всего пятьсот «болтов», — уточнил шеф. — Если будете работать, а не рыбу удить, обернетесь за месяц. Возьмите нашу радарную схему, ориентироваться будете сами. У меня нет времени. Звоните только в случае серьезных проблем. Этьен и Андрей… Начните с Канады. В радарной зоне только юго-восток. Все, что сможете: Штаты, Мексика, Бразилия, Аргентина ваши. Вернетесь и вместе с Люком вылетаете в Сидней. Олимпиада должна быть под радарами целиком, все площади и стадионы. Там работает только Люк. Вы оба на подстраховку. У него есть выходы на закрытые объекты. Пока они строятся, надо успеть.
Андрей получил следующий ящик с шурупами и к нему кальку радарной сети, чтобы знал, в какую сторону следует разворачивать несколько тысяч антенн, забитых в корпуса засекреченных новостроек.
— Я пригласил Семена и Малика, — продолжил шеф. — Они возьмут на себя Восточный регион. В Европе у нас поработают… — шеф задумался, перелистывая бумаги.
— Мишка с Иркой, — помог ему кто-то с «галерки».
— Нет…
— Мишка уже пашет на кипрском пляже, — напомнила Алена. — Ох, как пашет… одним местом. Роет борозды для банановых плантаций.
— А Петька чего ж? — спросил Володя. — Не оторвет задницу ради аврала?
— Петька, чтоб тебе было ясно, — ответил шеф, — обеспечивает ваш материальный достаток, и в момент аврала его банковские счета тают. С этим тоже надо что-то делать. Или ты хочешь путешествовать на зарплату автомеханика?
— Это, смотря куда. В Сибирь — можно…
Вега строго взглянул на Володю.
— Мишку в Антарктиду! — выкрикнул кто-то сгоряча, но шеф остался непоколебим.
— Этьен не поедет в Сидней, — решил он, видимо, желая сэкономить казну. — Андрей и Люк. Достаточно. Этьен возьмет на себя Европу, а Семен с Маликом ему помогут, если успеют. Олег, когда освободится, тоже подъедет. Когда освободится Алена…
— Ну, все… — прошептала Алена, — прощай диссер.
— …Алена займется научной работой в своем институте, — услышал ее шеф. — Заодно поможет мне с анализом информации.
— А мне? — спросила я.
— Ты сядешь в сеть прямо здесь и немедленно. Пока они бродят, протестируешь мне все слэповые аномалии, которые собрала Алена. За истекший месяц появились новые сайты по уфологии, посмотришь и сходишь в свою библиотеку, проверишь прессу. Пусть тебе сделают подборку по интересующей тематике. Предложи по двадцать долларов за каждую удачную статью. Думаю, с этим проблем не возникнет. Этьен сделает то же самое по франкоязычной периодике. Андрей — по англоязычной. У Миши есть специальный поисковый сканер. Не надо бояться брать его с собой, он размером с авторучку. И еще, прошу всех пользоваться в интернете только Мишиными поисковиками. Те, что изобретает человечество, пока никуда не годятся. Ирина, мне нужно получить, как минимум, сотню анкет слэпоаномальных, но, при этом, вменяемых людей, с которыми я смог бы легально сотрудничать. Все равно, негры это, эскимосы или индейцы. Как только появится первый десяток, сразу сбрось мне данные. Всех остальных, — шеф вскрыл следующий ящик, — попрошу раз и навсегда научиться различать пишущую камеру и простой сенсор, — он вынул два абсолютно одинаковых шурупа и стал популярно разъяснять их различия, пока кто-то с задних рядов не вспомнил про Африку:
— Галкина в Сахару, — раздался робкий голос с акцентом.
— Полинезия, — добавил другой голос.