Однажды, расхрабрившись, бэты попросили разрешения подняться в верхний дом, чтобы собственными глазами видеть, как протекает жизнь на моей планете. Я предупредила, что вдоль окон у меня забор. То есть жизнь мимо верхнего дома протекает гораздо менее интенсивно, чем, например, перед следящими камерами, которыми сотрудники конторы обмолотили Землю, но если им важно видеть своими глазами… Сиги быстро ринулись к себе, наверно, за пишущими камерами для семейного видео.
На часах было восемь вечера. У дороги горел фонарь. Люди шли с работы, мелькали в решетке забора, машины проносились по дороге. Сиги не сразу решились приблизиться к окнам. Постепенно они осмотрели весь дом, сунулись в трубу камина, ощупали рога, висящие на стене. Я объяснила, что рога принадлежат моему другу Мише, которого тщетно ищет контора, и мои сиги запутались в человеческой биологии.
— Вы никогда не видели землян-животных? — удивилась я. — А что вы имели в виду, когда говорили: «другие земные расы»?
Шустрый сиг собрался объяснять, но задумчивый коллега его одернул. Потом они слегка поругались, и я ушла на кухню. Через минуту сиги сделали вид, что не ругались вовсе, что это нормальный метод общения, принятый в их культуре, который может быть землянами неверно истолкован.
— Да ладно, — посмеялась я. — Ругайтесь, на здоровье. Только не подеритесь.
К счастью, подраться они не успели. Шустрого сига посетила революционная идея выйти в сад:
— Я бы встал незаметно у дерева… — попросил он.
— Ради бога, — ответила я и отворила дверь. — Можно встать даже посреди огорода. Здесь частное владение, у землян по частным владениям чужие не ходят.
Шустрый укутался в Мишин дождевик и встал под яблоней в странной позе. Если бы его увидели соседи, они бы решили, что я завлекла в гости подростка, напоила пивом, а как пройти в уборную не объяснила. Молчаливый сиг сначала не одобрил выходку товарища, но вскоре они оба слонялись по саду, замотавшись в плащи как два пугала. Чтобы заманить их в дом, я одолжила соседского кота и понесла его знакомить с гостями из космоса. Кот запрыгнул на сарай, а гости так напугались, что потеряли интерес к прогулкам.
Когда секториане стали возвращаться, сиги оставили меня в покое. Первыми в офисе показались Семен и Малик. Семен выглядел изможденным старцем, жаловался на печень и на супругу, Ольгу Васильевну, которая страдала депрессией от долгого пребывания на чужбине и по этой причине проедала мужу плешь. Сам же Семен, побывав на Земле, умудрился схватить подагру, и, как никогда, нуждался в услугах Индера. Малика я видела впервые. Он являл собой зрелище противоположное Семену. Был бодр, свеж, мускулист и улыбчив. Внешне он напоминал пожилого казаха. Шутил, вспоминал советские анекдоты тридцатилетней давности, с восторгом рассказывал о восточных единоборствах. В общем, на фоне Семен Семеныча держался молодцом, хоть и не сильно уступал ему в возрасте. Семен же только и знал, что сокрушаться по Индеру:
— Как могли отпустить доктора в такой-то момент?! Как можно было отпустить самого важного сотрудника конторы, не дождавшись замены? Вега поступил крайне опрометчиво! Чрезвычайно легкомысленно!
Постепенно вернулись все. Отметились, стали разбредаться по делам. Жизнь возвращалась в прежний ритм. Ничто не предвещало перемен. Разве что, визит нового биотехника на некоторое время всколыхнул болото. Это был тип той же расы что Индер с таким же «респиратором» на носу и паровым баллоном в спинном кармане, но гораздо более худой и высокий. Володя получил задание поднять дверные проемы во всех офисных комнатах до трех метров.