— Ну, пожалуйста… Безникотиновую.
— Где ж я возьму такую?
— Там, — указала она, — на верхней полочке бара. — В коробке, на которой написано «марихуана».
Похоже, сигарета здесь была ни при чем. Ксюше нравилось выпендриваться перед Сиром, который сидел как раз у стойки бара и что-то писал.
— Сириус, поищи там какую-нибудь ириску, — попросила я, — и дай ребенку, пока мне не пришлось дать ей ремня.
— Почему не идешь домой, Ксения? — спросил Сир и отложил рукопись.
— В Минске дождь, — ответила она. — А я без зонта.
— Он прекратится, когда ты выйдешь.
— Черта-с два! Шлейф идет через всю Прибалтику. Не верите? Посмотрите с радара.
Сириус достал черный зонт, откуда ни возьмись, словно из рукава вынул, и положил перед девушкой.
— Открой его и дождь прекратится, — сказал он.
Ксюша сперва смутилась, чего прежде не делала никогда. Потом раскрыла зонт и повертела над головой.
— А автограф? — спросила она. — Кто мне поверит, что это ваш подарок?
Даритель достал белый маркер, также, непонятно откуда. Подошел и написал на куполе: «Сириус сказал, что дождя не будет». Затем он снова устроился с рукописью в кресле и стал ждать, когда Ксения выйдет.
— Что вы будете делать, если нашли архив фронов? — спросил он, как только мы остались вдвоем.
— Постараемся дешифровать его.
— А потом? Вега уедет, а мы? Что будет с нами?
— Сир, когда, по-твоему, наступит конец света?
— Он уже наступил.
— Что еще шеф должен для нас сделать?
— Что? — удивился Сириус. — Разыскать их. Вот что!
— Фронов?
— Мы же не имеем технической возможности сделать это сами.
— Фроны опережают сигирийцев в развитии больше, чем сигирийцы землян. Никто не знает точно, живы ли они до сих пор. Сиги не волшебники и не ставят задачу нас спасать. О каких возможностях ты говоришь?
— О технических, — напомнил он.
— За пределами Кольца сиги бессильны. Фроны, если они есть, близко не подойдут к Магистралям.
— Шеф боится… Тоже мне, миссия! Как только он убедится, что Землю сделали фроны, он закроет контору и задаст стрекоча. Увидишь.
— Давай сначала дождемся экспедицию.
— Но вы же команда! — разошелся Сир, словно влез на трибуну. — Он же выбрал вас специально для этой работы. Он же все делает вашими руками, а вы глядите на него, разинув рты…
— Что ты предлагаешь? Свергнуть шефа и посадить тебя на престол?
Сириус умолк. Отложил бумаги на стойку бара, стал набивать трубку табаком. Рукопись тем временем рассыпалась по полу, но Сир не нагнулся к ней, пока не закончил.
— Ты что, не можешь взять компьютер? — не понимала я.
Мне его пристрастие писать на бумаге с самого начала было категорически непонятно.
— Он запретил, — ответил Сириус с намеком на шефа, и сделал первую затяжку.
— Ты пишешь что-то крамольное?
— Вся жизнь — крамола. Ты знаешь.
— Нет.
— Ты знаешь, что мы пишем архив для фронов. Других целей в жизни на Земле я не вижу. — Он поглядел на меня, чтобы удостовериться, что проповедует не впустую. — Других целей не предусмотрено, но информационные носители планеты не беспредельны.
— Что ты хочешь сказать?
— Представляешь цивилизацию на фоне матричной перезагрузки? — спросил он. — Выйди наверх и оглядись.
— Там дождь. И что?
— Если мы в ближайшее время не найдем творцов, здесь будет тотальный дурдом. Ты получишь возможность наблюдать выпадение в маразм большинства населения планеты. Ты увидишь общество, которое поклоняется фантику от конфеты. Выжить смогут только дикие племена, если их еще не истребила цивилизация.
— Поговорил бы об этом с шефом, — предложила я.
— Разве он станет слушать?
— У сигов нет техники, способной слоняться по Вселенной в поисках фронов. Они также бессильны, как мы.
— У сигов, — согласился Сир. — А у нас?
— А у нас что, особое положение в Галактике?
— Если я не ошибаюсь, твой сын наполовину фрон.
— Флионер.
— Не важно. Его отец должен знать, где искать братьев по разуму.
— Добраться до Флио, — объяснила я, — у нас тоже нет возможности. Координата, которую они дали, недосягаема от Кольца, к тому же заведомо фальшива и десять раз поменялась в силу естественных космодинамических процессов.
— Но однажды ты там была.
— Это устроил Його-Птицелов, и хватит обсуждать эту тему. Я не поверю, что он жив, пока не увижу лично.
— Другие родственники наверняка могут знать, — намекнул Сир и снова спрятался в бумагах.