Прикусив губу, Снежана неуверенно кивнула, а затем спросила:
– В случае чего, я ведь могу еще пожить у тебя?
– Конечно. Но с одним условием.
– С каким?
– Ты больше не будешь спать на диване в гостиной.
Снежана цокнула и возвела в глаза к потолку.
– Ладно, – открывая дверь, согласилась она. – На нем будешь спать ты!
И с широкой улыбкой выскользнула из машины. Она любила оставлять последнее слово за собой. Идеальная. Как только, Морозова скрылась в подъезде, я завел двигатель и уехал. По приезду домой, мне нужно было заняться вопросом своей репутации и выяснить, наконец, откуда блогерша взяла все эти видео. О существовании которых не знал даже я.
10. Снежана
Стоя перед дверью дедушкиной квартиры, всего на секунду, я задумалась о том, чтобы уйти. Ничего, кроме очередного скандала с семьей, за этой дверью меня не ждало. Но быстро откинула эту мысль. Дедушка с Василисой заслуживали знать правду о долгах отца.
Глубоко вздохнув, я вошла в квартиру. Не успев захлопнуть за собой дверь, вокруг моей шеи обвились руки сестры, обнимая.
– Снежа, ты вернулась?
Стоило ей заглянуть в мое лицо, как я тут же увидела в ее глазах надежду.
– Дедушка и отец дома?
Получив положительный кивок, я сняла с себя пальто, любезно одолженное Алисой. Мой пуховик не вписывался в вечерний наряд.
– Вау, какая ты красивая, – восторженно вздохнула сестра, оглядывая меня с головы до ног. – У тебя с Марком было свидание?
– Можно и так сказать, – вдаваться в подробности сегодняшнего вечера не хотелось.
Сестра кружила вокруг меня и осыпала комплиментами. И от того, что она снова рядом, на душе стало тепло. А в старой квартире дедушки гораздо уютнее, чем в модной евро двушке Марка.
По полу раздалось шарканье ног и я поняла, что за эти пару дней соскучилась и по дедушке тоже. Спустя несколько секунд он появился в прихожей, в своей обычной домашней одежде и мне вдруг захотелось его обнять. Дедушка любил говорить, что я напоминаю ему бабушку, его жену, но, думаю, с ним мы были похожи куда больше, от того постоянно и ругались.
Но, стоило за его спиной появится отцу, вся моя радость от встречи с родными людьми, утихла. Выглядел он не плохо: гладковыбритое лицо, глаза без привычного пьяного блеска, аккуратно подстриженные волосы и, пусть не новая, но чистая одежда. Но глубокие морщины, бледное лицо с темными кругами под глазами, все еще напоминали о годах его пьянствования.
– Ты так похожа на Лилечку, – глядя на меня, произнес отец.
Нежность в голосе отца, когда он назвал мамино имя, отозвалась в моем сердце глубокой тоской, напоминая о временах, когда мы были счастливой семьей. Имя мамы редко звучало в этих стенах, наверное, потому что нам всем было больно его слышать. В глазах защипало и я, заведя руки за спину, ущипнула себя за запястье, смещая фокус с внутренней боли, на физическую.
– Нам надо поговорить, – кивнув в сторону кухни, я двинулась туда первой, давай знак следовать за мной.
Сев на свое привычное место, я дождалась пока остальные члены семьи рассядуться по своим местам, заметив, что здесь стало чище. Поерзав на табуретке, убедилась в том, что она не скрипит. Видимо, это дело рук отца.
– О чем ты хотела поговорить? – дедушка скрестил руки на груди.
– Отец продал свою квартиру, чтобы расплатиться с долгами.
Я переводила взгляд с дедушки на Василису, ожидая их реакции, но ничего не последовало. Дерьмо.
– Вы знали об этом?
– Да, – вместо них ответил отец. – Я во всем признался, как только пришел к отцу просить пожить у него. Ты бы тоже об этом знала, если бы не сбежала.
– И про то, что он занял денег у Василевского, вы тоже знаете? – игнорируя присутствие отца, я снова обратилась к своей семье.
– Это же были твои деньги, – нахмурилась Василиса.
– Что?
– Артем еще перед новым годом заходил, просил передать тебе конверт, – сестра слегка потупила взгляд, ну, я не и заглянула в него. А там – деньги. Много денег.
Я не понимала, что происходит. Версия Василевского не совпадала с той, что я услышала от сестры. Низ живота стянуло от плохого предчувствия.