– Все хорошо?
– Я улетаю сразу после окончания плей-офф и не уверен, получится ли в августе вырваться на свадьбу.
– Может, мы перенесем дату? Или вовсе отменим торжество? Просто распишимся и все.
– Отец вычеркнет меня из завещания, если из-за меня не сможет проводить тебя к алтарю, – усмехнувшись, накрыл ладонь сестры своей. – Да и ты всегда мечтала о настоящей свадьбе, а не быстрой росписи. Не надо из-за меня отказываться от этого.
– Но еще я не представляла этот день без тебя, – нижняя губа сестры задрожала, а в серых глазах появились слезы.
– Я постараюсь приехать.
Лисси прикусила губу и кивнула.
– Ты уверен, что тебе стоит туда лететь? Знаю, ты мечтал играть за океаном, но это было до того, как ты влюбился в Снежану.
– Я ей не нужен, – сглотнув, произнес я.
Произносить это вслух было так больно, словно вместо слов в горло впивались осколки стекла.
– Не сдавайся. Снежана упертая девушка, но если ваши чувства взаимны, когда-то ей надоест держать оборону.
– Не буду.
Я и в самом деле не сомневался в этом обещании. У меня осталось всего два месяца, чтобы хотя бы с ней поговорить. Но одних лишь слов недостаточно.
Вернувшись домой, я оплатил для нее слот на забег в полумарафоне. Для того, чтобы отправить его, заранее купил новую сим карту и, прикрепив файл, написал короткое сообщение:
Марк: “Я буду за тебя болеть”.
Несколько минут я гипнотизировал телефон, но в ответ лишь тишина. Решив попробовать написать еще раз позже, принял душ, избегая мыслей о Снежане. Упершись левой рукой в стену, опустил голову вниз и прикрыл глаза. Чувство бессилия поглощало меня и, чтобы не растворится в нем, я пытался сосредоточиться на барабанящих по плечам каплях. Что еще я могу сделать, чтобы Снежинка согласилась со мной поговорить?
Почистив зубы, я вернулся в спальню и, увидев на дисплее значок присланного сообщения, немедленно его открыл.
Снежана: “Мне ничего от тебя не нужно. Советую вернуть слот и получить свои деньги назад”.
Сердце колотится в груди, пока я печатаю ответ:
Марк: “Он твой”.
Снежана: “У тебя не получится меня купить”.
Марк: “Я просто хотел тебя порадовать”.
Снежана: “Радуй Анфису, а меня оставь в покое”.
Я не сдержал улыбки. Этот акт маленькой ревности дал надежду, что еще не все потеряно. В конце концов, она со мной снова общается.
Марк: “Мы с Анфисой не вместе. Давай поговорим?”
Следующее сообщение я ждал дольше обычного. И, скрестив пальцы, надеялся, что увижу ее согласие. На дисплее появились три точки, а затем погасли. Я даже после тренировок не чувствовал, чтобы сердце с такой скоростью стучало по ребрам, как сейчас.
Снежана: “Нам не о чем говорить. Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое”.
Марк: “Тогда зачем ты мне отвечаешь?”
Я усмехнулся, увидев, что меня добавили в черный список. Но меня это уже не волновало. Снежинка дала мне надежду и я не собирался сдаваться, пока мы хотя бы не поговорим.
19. Марк
Полагаясь на удачу и то, что Снежана сегодня работает, я перед игрой, забежал к ней домой. Дверь открыл Евгений Сергеевич. Увидев меня, его седые брови взлетели вверх, а сам он открыл дверь шире, приглашая войти.
– Снежа сказала, что вы расстались, – сообщил мне мужчина.
– Так и есть.
– Что же ты тогда пришел?
– Мне нужен ваш совет. Я хочу попросить у Снежинки прощения, но она даже разговаривать со мной не хочет.
Евгений Сергеевич хмыкнул и вскинул подбородок вверх, гордясь своей внучкой.
– Если ты думаешь, что я имею влияние на Снежу, то совсем ее не знаешь.
– Мне не нужно, чтобы вы на нее влияли. Никто лучше, чем вы, не знает Снежану.
Дедушка Снежаны просканировал меня взглядом, а затем, велев обуть тапочки, позвал на кухню. С моего последнего здесь появления, ничего не изменилось. Все те же пожелтевшие обои и старенький, гудящий в углу холодильник и чашки с изображением ягод. У бабушки тоже такой был, она хранила этот сервиз в старом серванте на даче и доставала только по особым случаям.