Резкий порыв ветра всколыхнул деревья и я, вздрогнув, отступила. Если не уйду сейчас, потом сделать это будет еще сложнее.
– Я надеюсь, что тебе помог наш разговор и ты сможешь двигаться дальше, – подобрав сумку, послала Марку грустную улыбку. – Будь счастлив.
Развернувшись, я буквально вбежала по ступенькам в подъезд, оставляя позади Марка и все, что между нами когда-то было.
Заперевшись в своей комнате, несколько дней я почти из нее не выходила и впускала лишь Василису. После школы, она приходила ко мне и мы вместе смотрели сериалы и разлагались, как личности. Пару раз я пыталась помочь ей с домашкой, но математика не мой конек, как и физика, да и в целом, как все школьные предметы. После смерти мамы я ходила в школу только для галочки, чтобы получить аттестат и отдать его дедушке. О поступлении и речь быть не могло. Нужно было работать.
В один из дней, сестра поставила меня перед фактом, что мы будем смотреть игру “Гончих”. Не то, чтобы я сильно сопротивлялась, но когда камера крупным планом показала Марка, сидящего на скамейке штрафников, сердце заныло. Как же это глупо, скучать по человеку и бояться, что однажды он снова причинит боль.
– Ты ведь любишь его, – заметив мой взгляд, сказала сестра. – Почему вы не можете начать все с чистого листа?
Я вздохнула.
– Потому что нет никаких гарантий, что он не сделает мне снова больно.
– Ну любовь ведь не машина, – Васька приподнялась на локтях и заглянула мне в глаза. – У нее нет срока эксплуатации, деталей, которые можно заменить и компании, в которой она обслуживается. Ну, если ты хочешь гарантию, напишите ее и в случае, если он ее не будет выполнять, пусть платит неустойку.
– Все не просто, – я щелкнула сестру по носу, не переставая удивляться тому, какой взрослой она стала.
– Я знаю, что тебе страшно. Но еще знаю, что ты смелая, сильная и уверенная. Если кто и может дать пинка под зад страхам, то только ты.
В глазах защипало и я притянула сестру к своей груди, убеждаясь, что поделившись с ней всем, сделала правильно. Я перестала видеть в ней ребенка, которого нужно опекать и увидела сестру, которая хочет заботится обо мне так же, как и я о ней.
Все следующие дни превратились в быстротечный водоворот. Каждое утро я шла на тренировку и бегала, пока не валилась с ног. Не лучшая тактика, но боль в мышцах хотя бы немного вытесняла тоску по Марку. Встречи со мной он больше не искал, но раз в три дня присылал новый букет с одинаковой запиской из трех слов. Это впечатлило даже отца и он, как и дедушка с Васей, переметнулся на сторону Марка. И одним из вечеров мы собрались всей семьей у телевизора, чтобы посмотреть матч “Гончих”. Они уверенно занимали лидерскую позицию в своем дивизионе, а Светлов снова рассекал по льду с капитанской нашивкой. То, что команда играла без Василевского, меня не сильно удивило. Как, впрочем и то, что он уехал из города. Смелости поговорить со мной лично у него не хватило, передал через Васю письмо.
– Выброси его, – пожав плечами, я продолжила мыть пол.
– Можно я его для начала прочту?
– Мне без разницы.
– Класс, – сестра бросила рюкзак и, притянув табуретку, уселась на нее. – Скажи мне кто-то, что я буду писать письмо нищен…
– Ты зачем читаешь вслух?
– Потому что ты тоже должна знать, что там. Не отвлекайся, – и, набрав полную грудь воздуха, Вася начала сначала. – Скажи мне кто-то, что я буду писать письмо нищенке, вырвал бы тому язык. Ты наверняка уже знаешь, что меня выперли из “Гончих волков” и я уверен, что радуешься этому. Что ж, имеешь право. И в этом письме не будет раскаяния и извинения за свои поступки. Я делал то, что считал нужным. Вот козел!
– Вася, что за выражения, – я отбросила швабру и попыталась выхватить у сестры лист, но она спрятала его за спиной.
– Больше не буду, но можно я его дочитаю, – сложила ладони в молитвенном жесте сестра и, увидев мой вялый кивок, засияла. – Отец учил меня, что люди – просто фигуры и выиграть партию можно только если удачно расставить их на доске. Но я заигрался и недооценил соперника. И я сейчас не про Светлова. Этого придурка оказалось слишком легко выбить из игры. Но ты, Снежана, другое дело. Настоящая Снежная Королева, которая не уступила королю.
– Это он себя королем назвал?