И миллион рублей. Часть из которого я уже получила и прямо сейчас выбираю новую спортивную одежду на эти деньги.
– Я… рада, если это, действительно, так, – Анфиса на секунду замолчала, видимо, ожидая, что я что-нибудь скажу, но мне было нужно, чтобы она скорее повесила трубку. – Просто хочу, чтобы ты знала, что когда Марк тебя обидит, ты можешь попросить помощи или поддержки у меня.
Непробиваемая уверенность Анфисы в том, что Светлов все это делает ей на зло, меня даже восхищала. Нам это было лишь на руку. Девушка из своих беговых шортов выпрыгнет, но правоту докажет. А значит, в конечном итоге, Марк ее получит. Чтобы это не значило.
– Я уверена, что этого не случится, но спасибо тебе за заботу. Это очень мило.
– Да не за что, – легко клюнула на мою искренность Анфиса. – Можем как-нибудь затусить вместе. Я возьму с собой Диму, а ты Марка.
– Диму?
– Парень, что был со мной в баре.
– Точно. Я спрошу у Марка, как он относится к этой идее.
– Я могу сама написать, – усмехнулась Анфиса, не переставая намекать на то, что их с моим парнем связывает общее прошлое. – У меня есть его номер.
– Как хочешь, – равнодушно бросила я, но затем добавила. – Он все равно тебе ничего не ответит, пока не обсудит это со мной.
Я ожидала услышать в ответ что-то колкое от Анфисы, но она меня удивила, согласившись с тем, что спросить должна я. Стараясь не думать, какой жалкой я буду выглядеть в глазах Анфисы, когда мы с Марком «расстанемся», а он снова начнет встречаться с ней. Хотя, утирать наигранные слезы из-за прекращения фейковых отношений хрустящими купюрами куда приятнее, чем, действительно в кого-то влюбиться и остаться с разбитым сердцем, после того, как он уйдет.
После разговора с Анфисой, я потратила несколько часов перелопачивая чаты бегунов, в поисках подходящей для меня спортивной одежды. Я не собиралась спускать все деньги Марка на новые вещи, когда их можно было взять за полцены с рук.
Зайдя на страницу тренера Анфисы, я записалась к нему на тренировку. Если мы с ним сработаемся, то я смогу ходить к нему на тренировку раз в неделю или две. Это не сильно ударит по моему карману, но значительно увеличит мои шансы на завоевание призового места в полумарафоне – в этом я не сомневалась.
Осознание того, что я теперь еще на шаг ближе к своей цели, окрыляло. И возможности, которые давали мне деньги, перекрывали весь психологический дискомфорт от фиктивных отношений с Марком.
Кстати о нем. Я достала свой телефон и проверила счет. Сегодня «Гончим» не повезло. Всухую уступили противнику. Я открыла чат с Марком, чтобы спросить, когда он вернется. Мне нужно понимать, совпадает ли его приезд с моим рабочим днем в тренажерном зале, потому что я должна встретить его с выездной игры.
Ответ от него я получила спустя несколько часов.
Марк:
«Вот так сразу к делу? Даже не поинтересуешься, как себя чувствует твой парень?»
Снежана:
«Если ты ответил на мое сообщение, значит – живой, а для меня нет ничего важнее этого»
Усмехнувшись, в конце сообщения я поставила синее сердце. Тоньше этого стеба только крылья бабочки. Телефон в моих руках зажужжал, оповещая о входящем звонке.
– Набирать сообщения слишком утомительно и долго, – сказал Марк, как только я ответила на звонок.
– Тебе всего лишь нужно было написать дату и время приезда, – я закатила глаза. – Ты просто хотел потрепаться потому что тебе скучно.
– От тебя ничего не скрыть, Снежинка.
– Ты не слишком оригинален на прозвища, – я вздохнула. – Но это не самый плохой вариант из всех, предложенных тобой. Слишком мило, но, думаю, окружающим понравится.
– А тебе нравится?
– Не думаю, что оно мне подходит, – я машинально пожала плечами. – Так что какая разница.
Моя семья ласково звала меня Снежей, а других прозвищ у меня никогда не было. Ну, Снежинка уж точно лучше, чем Снежок.
– Это только звучит мило, – сказал Марк. – А на деле снежинки холодные и больно щиплют кожу, когда они рядом слишком долго.
– Как скажешь, – равнодушно сказала я.
Раздался сухой смешок.
– Ты всегда такая?
Мои брови сошлись на переносице.
– Какая?
– Холодная, – сказал Марк. – Под стать своему имени и фамилии.
Его слова, словно ледяные кинжалы, выпущенные в мою сторону по неосторожности, больно резанули по верхней стороне груди, желая добраться до сердца. Но, может это и было больно, но чего у них не получится, так это пробить стальную броню, которую я сумела нарастить за последние четыре года.