Снежана упрямо посмотрела мне в глаза. Она знала, что я прав, но я видел в ее глазах борьбу, прежде, чем она неуверенно приблизилась ко мне, сокращая расстояние между нами.
– Достаточно близко?
Вместо ответа, я взял ее за ладони и, не разрывая наших взглядов, завел их себе за шею, а мои руки вновь вернулись на ее поясницу. Всего на секунду Снежана застыла от такой наглости с моей стороны и, если честно, я уже готовился выслушивать ее недовольства, но она меня снова удивила. Второй раз за вечер.
Первый был, когда она только вошла в бар. Алиса заметила ее первой и принялась толкать меня локтем в бок, показывая за спину. Я обернулся и не сразу понял, кого увидела моя сестра. Без рыжего хвостика и хмурого выражения на лице, девушка мало походила на Снежану, к которой я привык. Разноцветные блики софитов танцевали на ее открытых плечах и веснушчатом лице и этот танец был таким притягательным, что я не мог отвести взгляд. Не успев подумать, что сказать, я встал со своего места и подкрался к Снежане, заключая ее в кольцо своих рук. Как только ее лопатки коснулись моей груди, а взгляды встретились, я, повинуясь своим чувствам, наклонился и поцеловал ее в ключицу. И это было ошибкой, потому что как только я ощутил едва уловимый запах шоколада, мне захотелось зарыться носом в ее шею и оставить еще один поцелуй на соблазнительной ямочке между ключиц. Но у меня не было на него никакого права. Если поцелуй в ключицу можно было оправдать игрой на публику, то второй мне нечем было оправдать, кроме того, что я просто этого хотел.
У Снежаны было условие, если я захочу поцеловать ее, сначала предупредить. И, зная ее, мне повезло, что она не устроила мне за это взбучку.
– Если мы продолжим качаться на месте, как две неваляшки, ребята быстро нас раскусят.
– Все твои следующие встречи с друзьями – без меня, – проворчала Снежана. – Что мне нужно делать?
– Просто танцевать?
Клянусь, если бы не громкая музыка, я бы услышал скрип ее зубов, так сильно она их сжала. Но затем на ее лице появился намек на нерешительность и, словно проиграв мысленную битву с самой собой, Снежана выдохнула и сокрушенно произнесла:
– Я никогда раньше не танцевала с парнями.
– Что, совсем?
– А как ты думаешь, что значит слово «никогда»?
Подловила. Со мной часто бывало, что слова из моего рта вылетали быстрее, чем я успевал о них подумать.
– И что, никогда и ни с кем не целовалась?
Даже в таком тусклом освещении я видел, как покраснели скулы Снежаны, а в глазах появился злой блеск. Я не хотел, чтобы она подумала, что я смеюсь над ней, потому что это не так. Считал ли я это чем-то странным? Тоже нет. Но, было любопытно, почему чего-то настолько невинного, как танец с парнем, в жизни Снежаны еще не случилось. А как же впускной вальс? Хотя, я ведь тоже его не танцевал. Алиса рассталась со своим идиотом-бойфрендом и, по злой иронии, нашим одноклассником. Вместо того чтобы, как все нормальные подростки веселиться в эту ночь, встречать рассвет и совершать глупости, Лисси весь вечер прорыдала у меня на груди, а я ее успокаивал. Единственное, что хоть как-то скрасило этот день было то, что я спустился на этаж ниже и дал ему в морду, пока Алиса была в ванной. Видимо, и у Морозовой были свои причины туда не идти.
– Это не твое дело, – выставила свои ледяные щиты Снежана. – Так что, может быть ты уже уберешь со своего смазливого личика это дурацкое выражение и скажешь, что я должна делать?
– Ты считаешь мое лицо смазливым?
– Смазливое не равно симпатичное, – отрезала Снежана. – Ну?
Я усмехнулся.
– Тебе нужно расслабиться и довериться мне, – Снежана окатила меня своим ледяным взглядом. – Понял, для начала просто расслабиться. Забудь о том, что мы сейчас играем роль, представь, будто мы на настоящем свидании.
– Мы? – брови Снежаны взлетели вверх. – Я лучше на твоем месте представлю Ноа Лайлсла*.
И эта чертовка взяла и закрыла глаза. Променять меня на какого-то бегуна, такое предательство мое ЭГО не выдержало бы, поэтому я убрал свои руки с пояса Снежаны и прошелся пальцами по ее ребрам, щекоча. Морозова распахнула глаза и, прежде, чем она успела бы сказать что-то колкое, я повторил это действие.
– Ты не можешь представлять никого другого, пока танцуешь со мной.
– Это еще почему?
– Потому что ты моя девушка, – я снова прижал Снежану к себе и на этот раз она не сопротивлялась, спокойно принимая то, насколько близко мы были друг к другу.
– Фиктивная, – напомнила она и положила руки на верхнюю часть моей груди.
Щекотка помогла Снежане расслабиться, а я мысленно поблагодарил Алису за то, что она научила меня это приему. Это казалось детским баловством, но всегда срабатывало.