Её звали Ини, но она предпочитала позывной Секунда. Она пионер-пилот дальней разведки и имеет за плечами две экспедиции. Закончила лётную академию на Луне, но предпочитает жить на Земле. Рост метр семьдесят, цвет глаз голубой, размер груди... цвет кожи... генетические модификаты... любит, чтобы ускорение от трёх до шести единиц... нравится пилотировать по приборам на экстремальных режимах... не любит массивные экзоскелеты и скафандры белого цвета... хочет крылья... Затем пошёл длинный список друзей, любимых мест, неслужебных хобби, и Кир чуть не отключился от перегрузки. Под таким напором он не мог оказать никакого сопротивления.
Ини на секунду оторвалась от его губ и выдохнула какую-то неразборчивую команду - её комбинезон моментально расползся на съёжившиеся лоскуты и опал, оставив полностью обнажённой. Затем она потянулась к застёжке комбинезона Кира, но не справившись с ней, прильнула к шее, зажав зубами утолщение на вороте. К его немалому удивлению комбинезон тут же развалился на части.
Возникло некоторое замешательство, поскольку Кир не был настолько готов, чтобы соответствовать энтузиазму ворвавшейся пионерии. Секунда с удивлением отстранилась, глянула вниз, оценила ситуацию и, чуть покачав головой, весело подмигнула. В мозг Кира ворвался новый поток информации. Только теперь это были не анкетные факты, а личное. Очень, очень личное. Всё самое-самое, что женщина знает о собственном теле и о чём далеко не всегда может догадаться мужчина.
А Кир теперь знал... Он узнал, что Секунда любит, когда ей покусывают мочку уха... Что сосок левой груди значительно чувствительнее, чем правый и поэтому больше внимания надо уделять именно правому... Что она просто обожает сверху, откинувшись далеко назад, чтобы без рук, интуитивно ловя точку равновесия одновременно с точкой опоры... И самое главное - как это всё вместе органично совместить.
Это была максимальная, до бессознательного предела открытость, порождающая истинную близость между двумя, мгновение назад незнакомыми людьми. Кир утонул в этом знании, даже не попытавшись сопротивляться.
Через какое-то время с капитанского мостика они переместились в его каюту, где продолжили с новой силой. Потом ещё. И ещё. В какой-то момент Киру открылась истинная причина моды современного человечества на молодые двадцатилетние тела. Выносливость!
Каждый раз девушка давала ему всего несколько секунд перевести дыхание, а потом снова принималась за своё, обрушивая на него лавину эротического инфопотока, противостоять которому не могло даже его сорокалетнее тело.
Через три часа, после очередного «восхождения», когда Кир на миг потерял сознание, Секунда наконец сжалилась и слезла с него. Она улеглась рядом, свернувшись калачиком.
- Что это было? - спросил Кир, едва смог говорить.
- Пионерский салют, дядя, - сонно сказала Секунда. - Соскучилась я в одиночном, жуть как охота помять что-то живое.
- Привет, меня зовут Кир, - спохватился он.
- Я ж знаю, - сказала она сквозь зевок и добавила, окончательно засыпая. - Ты странный.
Полежав полчаса рядом со спящей, Кир решил вернуться на мостик. Его шатало, ноги постыдно дрожали от пережитого физического напряжения. По пути он заглянул в каптёрку за тюбиком с нанитами нового комбинезона, а потом на камбуз за порцией горячего кофе. И только плюхнувшись в своё привычное кресло, он наконец-то со всей чёткостью смог задать себе главный вопрос: что это было?!
Если Центр Психического Здоровья с недавних пор ТАК проверяет вменяемость подопечных, то он должен выразить им своё официальное восхищение! Остаётся надеяться, что он не провалил тест.
Но, будучи пожилым пессимистом, Кир всё-таки решил рассмотреть другие варианты. Секунда не была сотрудницей ЦПЗ. У ребят из дальней разведки полно своих дел, чтобы летать по второстепенным стройкам по указке докторов. Значит, она здесь сама по себе.
Кир обратил внимание на её космический корабль, проходящий послеполётку в ангаре. Это был универсальный малый разведчик класса «Мангуст». Согласно классификатору он рассчитан на одного-трёх человек и действует в составе звена из пяти единиц при поддержке крейсера снабжения. Корабль именно с этим бортовым номером на данный момент числился в экспедиции по исследованию Тау-сектора.
«Её не должно быть здесь», - осознал Кир. - «Она в самоволке».
Впервые за долгое время у него появились вопросы к кому-то в этом прозрачном простодушном мире, где все норовили задать вопрос ему.
Секунда проспала двенадцать часов. Кир несколько раз порывался разбудить её, но останавливал себя. Нейрокорректор мог воспринять это как агрессию. Поэтому, устав ждать, он просто повысил температуру в каюте, где она спала, а сам остался наблюдать через камеры с капитанского мостика.