— А что случилось с остальными? — я спрашиваю, заранее зная ответ.
Они все погибли, осталась только я.
— Оливия, — мужчина поправляет волосы, зачесав их пальцами назад. Один край старой, цвета асфальта, рубашки вылез из брюк, пуговица застегнута выше своей дырки, а нескольких и вовсе нет. Никогда бы не подумала, что такой неряшливый человек, может быть лидером целой группы людей. И тут мне открывает другой Джерман Коски. Его глаза красные, уставшие, за маской лидера, виднеется жутко измученный, возможно, не спавший уже несколько суток, человек, — мы спасли тебя не только из-за того, что Спайк угрожал убийством. Нам удалось раскрыть истинную причину отданного приказа. Одного из сотни разморозили пять лет назад, — проверить состав новых жидких чипов. И оказалось, что они все так же расщепляются в вашей крови. Спустя полвека вы все еще можете диктовать им свои условия…
Я смотрю на него, практически не дыша. В голове начало что-то гудеть.
— Ты единственная из сотни, кто остался в живых. Поэтому, я хочу попросить твоей помощи в создании сыворотки против рабства.
Глава 2
Глава 2
Открываю и закрываю рот, не находя нужных слов. Его рассказ ударил меня так сильно под дых, что в легких почти не осталось воздуха. Только мысли начали понемногу вставать на свои места, как смерч по имени Джерман разбросал их по все территории. Вываленная информация давит своим весом, потому что, внезапно, я стала ключевой фигурой.
— Причем тут я? — мои руки лежат на столе, сжатые в кулак. Я сжимаю их все сильнее, чтобы убрать дрожь.
— У нас есть специалист, считающий, что с помощью твоей крови, можно разработать вакцину, которая, при введении ее в человека, расщепит жидкие чипы.
От этих слов я сжимаюсь внутрь. Воспоминания о том, что со мной делали в центре научной медицины, плотно сидят в моей памяти. Я не хочу снова становиться подопытной мышкой в руках безумных ученых, готовых разрезать меня по первому же сигналу.
— Я не говорю дать ответ прямо сейчас, — продолжает он, — Я не буду давить на тебя или угрожать. Мы здесь так не поступаем.
— А что, если я не соглашусь?
Джерман выпрямляется, делает шаг и резко останавливается. Такого вопроса он не ожидал. Думал, что экскурсия в прошлое, которое для меня лишь слова и ничего больше, заставит согласиться незамедлительно?
— Твое право. Как и решение — остаться с нами или уйти... Только вот идти некуда, там, — он поднимает большой палец к потолку, — снаружи все исчезло, а кто остался, принадлежит «Восхождению». Поэтому Оливия, я и прошу тебя о помощи. Мы в отчаянном положении. Правительство уже слишком близко подобралось к нам, а после того, как мы спасли тебя, они удвоили силы. — Мужчина проходит мимо меня, — Идем.
Он открывает дверь, исчезая в коридоре. Мне ничего не остается, как подняться и идти за ним. Его тяжелые ботинки стучат по бетонному полу, издавая странный звук. Поворачиваюсь и вижу идущую следом Сашу, едва поспевающую за нами. Джерман приводит нас в помещение в два раза больше кабинета. На стене у двери висит огромный экран, по которому транслируется какой-то ролик, посреди комнаты стоит круглый стол, за ним сидит парень. Увидев Джермана, он ерзает на стуле, но не встает, продолжая изучать что-то на своем планшете.
— Что вы хотите мне показать? — в ролике, мелькающим всего пару секунд, мне удается уловить бегущих людей и людей с оружием. Саша подходит к экрану и начинает тыкать по кнопкам сбоку.
— Правду. Я вижу, что ты не доверяешь нам. Другой реакции и не ждал. Ты слишком долго находилась вне мира, чтобы снова начать доверять ему.
— И вы думаете, что какое-то кино меня переубедит?
— Это не кино, — вмешивается Саша, — Мы перехватываем сигнал, транслирующийся по всей стране. Обычно, это обращение нашего «господина президента» к своим рабам или ролики о том, какие мы молодцы, смотрите как все хорошо, — последняя фраза сочилась сарказмом.