ой многочисленными дверьми между отсеками. И вот после очередной двери он оказался в помещении с окнами, которых ранее не замечал нигде на корабле. Остановившись у одного из них, Лиу всмотрелся в черноту за окном. Он видел корпус корабля, освещаемый внешними прожекторами, установленными на корпусе, но больше ничего.
– Это космос, – сказал мужской голос.
Лиу не сразу понял, что с ним вновь заговорила система. Машинально он обернулся посмотреть, чтобы увидеть собеседника, и только после того как убедился, что рядом с ним никого не было, понял, что к нему обратился «Хайлон».
– Странно видеть космос без звезд, – размышлял вслух Лиу.
– Свет ближайшей звезды их гасит.
– Я думал увидеть картину космоса, как на фотографиях. Такие же красочные, завораживающие, – сказав это, Лиу задумался о том, откуда у него такое видение космоса, ведь в этой реальности он на самом деле не видел его. Были ли это воспоминания в его сознании с далеких времен, умело сохраняемые «Хайлоном», или вытянутые из ближайшего сна, отголоски которого периодически мелькали в его голове.
– Многие снимки, которые запомнило ваше сознание, – результат предварительной компьютерной обработки. На самом деле космос лаконичен в красках, тем более воспринимаемых человеческой оптической системой. Когда мы будем подлетать к очередной планете, то увидим лишь ее освещенную часть, темная будет скрыта от нашего взора всепоглощающей космической тьмой. Лишь при сильном приближении к объекту вы сможете разглядеть больше. С учетом того, что вы подключены к системе, я бы мог изменить протокол и подключить ваше сознание к оптической системе корабля. Диапазон видимого света приборов выше, чем у людей. Хотя опять же, до красоты компьютерных обработок далеко.
– Для чего ты создал этот центральный зал? – спросил Лиу, сменив тему разговора.
– Процесс в центральном зале был создан мною для того, чтобы сознание пробужденных находилось в расслабленном состоянии. Приятные потоки позитивно сказываются на скорости восстановления нейронных связей.
– Но это странно, в каком-то роде аморально.
– По прибытии никто ничего не вспомнит. Для вас это будет просто сном. Тела воздействию не подвергаются. Сознание вольно само выбирать, чем будет заниматься в процессе нахождения в проекции. Я лишь нахожу вариации, ускоряющие и упрощающие процесс восстановления. Но работа будет завершена в любом случае, поэтому, если вас не устраивает проработка центрального зала, вы вправе перенестись в иной по вашему желанию. Если вам надо, есть зал насилия, игровой, спортивный и другие, где вы можете переживать удобные для вас опыты.
– Здесь прямо зал на зале, на любой вкус, с удобствами.
– Этого требует протокол.
– Да черт его знает… – уставшим голосом ответил Лиу. – Я, если честно, не могу сказать, что мне и в центральном зале не понравилось, – усмехнулся он, понимая, что уже начал даже скучать по недавно испытанным ощущениям. – Просто странные видения отвлекли.
– Видения?
– Да… Разве ты их не видел? –удивился Лиу, считавший до этого, что «Хайлон» действительно может считывать все.
– Я распознавал всплеск эмоциональной активности из-за переизбытка накатывающих на ваше сознание волн от взаимодействия других обитателей корабля с вашей проекцией, но иных данных в этот момент не получал, – озадаченно ответила система. – Что за видения? – уточнил, выдержав небольшую паузу, «Хайлон».
– Забудь, – не уверенный уже ни в чем, ответил Лиу. – Ты можешь перенести меня в мою каюту? Я просто хочу побыть один.
– Конечно, Лиу, но помните, в любой момент вы вправе отправиться куда угодно и в пределах проекции быть кем угодно.
– Я помню… Спасибо.
После этих слов проекция Лиу стала распадаться, пока полностью не растворилась.
Свет в помещении и за окном погас, и все погрузилось в кромешную тьму.
Глава 19
23 марта 2060 года. Пекин
Звук сирены разносился по коридорам Пекинского университета информатики и телекоммуникационных технологий. «Хайлон» запустил оповещение об экстренной эвакуации персонала вглубь комплекса в связи с чрезвычайной ситуацией.
Куифен Лю быстрым шагом направилась к центру управления. Буквально за считанные секунды полупустой коридор заполнился взволнованными и перепуганными людьми. Преподаватели, студенты, рабочий персонал – все как один превратились в единый поток, заставив и без того ослабленную Куифен Лю из последних сил бороться с человеческой массой.
Подчиняясь требованиям системы, люди спешно направлялись в противоположном от центра управления направлении к дверям грузовых лифтов, которые вели внутрь комплекса.