Данте подошел к служанке и забрал у нее поднос. Дальше он тихо заговорил с ней, но о чем, услышать снова не удалось. Но может это и хорошо? Селена еще раз оглядела кабинет — наверняка ведь она заметила не все. И точно — рядом со столом Данте висел крайне любопытный плакат. На самом деле, если бы Данте не отвлекал, этот плакат был бы замечен еще раньше. Уж очень он бросался в глаза, и вот почему: почти весь плакат занимал цветовой круг. Огромная радуга замкнулась в кольцо с плавными переходами цветов. Селена знала, что по цветовому кругу можно подбирать одежду, когда-то Настя рассказывала об этом и показывала картинки в Инстаграме. Но зачем он здесь? Внутри круга, на нем самом и ниже было очень много надписей, и Селена с грустью подумала, что ей не понять, зачем этот круг нужен. Ниана говорила, что гад Данте умеет читать, но это и так понятно по количеству книг в его кабинете.
Думая о цветовом круге, Селена краем глаза все еще следила за Данте. Закончив свою тихую речь служанке, тот подождал, пока она скроется за дверью и шагнул к Селене с подносом в руках. Так и есть, на подносе что-то недоброе.
— Ты же говорил, что никто сюда не войдет из-за какой-то защиты, — напомнила Селена в надежде отвлечь мага от подноса. — Как тогда эта девушка сюда зашла?
— Тори — моя личная служанка, и ей почти всегда открыт доступ в мои владения, — Данте поставил поднос на столик рядом с Селеной.
Конечно, он не отвлекся. Но этого следовало ожидать — про всякие пакости Данте редко забывает.
— Что там? — прямо спросила Селена.
— Кое-что для тебя, — Данте поднял крышку с подноса.
И все слова улетучились из головы Селены. Еда! Селена смотрела, не отрывая взгляда. Да, на подносе была еда, вполне себе аппетитная с виду. И о чудо, не вимн. Маленькое пирожное с красным джемом и милым листиком сверху, два бутерброда, нарезанный темно-синий то ли фрукт, то ли овощ, и ещё голубоватая жидкость в стакане. Оказывается, элантрийская еда может быть красивой. Ладно, сейчас и вимну можно было порадоваться.
— Полагаю, ела ты в последний раз тоже до рассвета, — напомнил о себе Данте. — Поэтому, угощайся.
Селена силой воли оторвалась от созерцания еды. Как-никак, нельзя забывать, кто угощает.
— А разве не ты говорил, что после ярмарки я могу хоть умирать, и тебе плевать на мое здоровье? — уточнила Селена.
— Умирать можешь, не запрещаю, — Данте снова присел на подлокотник кресла. — Но если ты помнишь, тебе предстоит пережить весьма болезненную процедуру. Есть мнение, что голодные хуже переносят боль. Моя работа сейчас — провести эту процедуру, а я всегда работаю качественно. Поэтому ешь, а если будешь выделываться, я сам тебя накормлю.
— Выделываешься тут только ты, — Селена пожала плечами.
Однако, последние слова Данте прозвучали достаточно угрожающе. Данте, конечно, плохой психолог. Говорит тут о боли, как будто это пробуждает аппетит. Он хочет сделать больно, поэтому и кормит. Правда, вряд ли это окажется хуже той боли, что он уже причинил. Зато это лишний раз доказывает, что доброты в нем нет никакой.
Селена опасливо посмотрела на стакан с голубой жидкостью и сделала маленький глоток. М-да, вкус на редкость странный.
— Что это? — Селена поставила стакан на стол и подвинула ближе недопитую воду.
— Сок амелона напополам с водой, — с готовностью отозвался Данте.
Ну и жлобский этот Элантрий! Даже на соках экономят! Вот люди! Селена с самого начала не ждала от них хорошего. Но бутерброды все же решила попробовать. Вот только с чем они? Селена подняла один до уровня глаз. Итак, есть жареный хлеб, на нем неизвестная красная паста, дальше что-то вроде тонкого жареного мяса и сверху однозначно тертый сыр. Что за паста? Что за мясо? От Элантрия можно всего ожидать.
— Не бойся, еда не отравлена, — сказал Данте.
— Как жаль, — Селена перевела взгляд на мага. — Мои страдания могли бы уже сейчас закончиться, а так придется еще терпеть тебя.
— Чем быстрее ты все съешь, тем быстрее я тебя отпущу, — заметил Данте.
— Вот это уже мотивация, — Селена откусила бутерброд.
Неплохо. Кажется, паста из помидоров, только очень соленая и острая, но так уж и быть. Выбора нет, да и это первая еда за полдня, поэтому жуем и не возмущаемся. Селена продолжила есть, вот только все равно было как-то неуютно. А, точно. Данте. Если он продолжит следить, то так и весь аппетит пропадет. Мог бы хоть в окошко для вежливости посмотреть. Но быстро вспомнив, что от Данте вежливости ждать не стоит, Селена решила действовать по-другому: