— Возвращаясь к мирам, — абсолютно ровно произнес Данте. — Если подумаешь, то увидишь, что внешне ты абсолютно не отличаешься от элантрийцев. Раз жители твоего мира и Элантрия так похожи, это значит, что само устройство мира тоже должно быть похоже. Принципиально разные миры не могут вырастить одинаковых жителей. В первую очередь, будет похоже главное, например устройство природы. Уверен, в вашем мире идет дождь, бывают грозы, ночь чередуется с днем, есть реки, океаны и острова. Мы уже выяснили, что у вас есть луна и солнце, и некоторые растения похожи. Разумеется, в похожих мирах и похожи условия, при которых люди стали такими, какие есть. Когда я отправлялся искать замену для Нианы, главным условием было найти мир с людьми, такими же, как тут.
Селена кивнула. Да, он сумасшедший. Ведет он себя точно странно. Но вопрос даже больше в другом. Что у него с головой, что он может такое придумать? Откуда эта информация вообще взялась? Чтобы придумать это все, нужно много дней создавать и продумывать легенду. Но что если это правда? Ведь Данте же сумел как-то вытащить Селену из пожара и притащить в другой мир. Конечно, верить ему нельзя, но можно же допустить, что это реальность. И если так, то все очень, очень плохо. Но все-таки...
— Есть хоть малейший шанс, что ты вернешь меня домой? — быстро спросила Селена.
— Я говорил тебе и дома, и повторю здесь, — глаза-льдинки блеснули безжалостностью, — это невозможно. Твой мир отныне и навсегда — Элантрий.
Кусок пирожного застрял в горле. Селена запила его водой и облизала ложечку. Он не узнает, как ранят его слова. Никогда не узнает.
— Я вижу, ты доела, — заметил Данте.
Надо же, а он и правда следил. Ну что ж, времени зря не теряет, но это и к лучшему. Пора со всем этим заканчивать.
— Да, зрение в отличие от человечности у тебя не атрофировано. Давай, делай уже, что надо, и я пошла, — Селена решительно кивнула в сторону двери.
— Тебе не интересно, что будет происходить? — недобро спросил Данте. — Я в любом случае должен тебе рассказать.
— Да я помню, рабам слова не давали. И что будет?
— Чтобы сделать тебя полноценной частью замка, я нанесу на твою кожу магический знак в виде символа королевского рода, — Данте взял со стола свернутую в трубку бумагу и протянул Селене. — Посмотри, как он будет выглядеть.
Ну вот, опять очередная магическая дрянь! Селена взяла бумагу и развернула ее. Символ был круглым, сантиметров десять в диаметре. Казалось бы, небольшой, но зато какой запутанный! Внутри круга скопилось множество мелких символов, чудовищно переплетенных между собой в целую сеть. И вот это вот надо перерисовать на тело? Да тут же больше часа работы!
— Блин, сложный этот герб, — пробормотала Селена.
— Да, это правда, придется постараться, — согласился Данте. — Чем более древний и знатный род, тем герб обычно сложнее.
— Но как ты вообще перерисуешь это мне на кожу? Тут же детали мелкие, — Селена еще раз вгляделась в рисунок.
— Для этого у меня есть специальное приспособление, — Данте повертел в руках небольшой футляр.
Этот футляр Селена узнала сразу: именно его Данте раздобыл в кабинете кастеляна. Там штука, которой рисуют на коже? Данте тем временем открыл футляр и достал оттуда весьма странную вещицу серебристого цвета. Она была похожа на перьевую ручку, только конец был куда более острым. Выше этого конца начинались черные узоры — украшение, хотя Селена не понимала, зачем украшать орудие пыток.
— Даже царапая этой штукой кожу, нельзя получить такие мелкие детали, — сказала Селена.
— А, не волнуйся, я не буду тебя царапать, я буду рисовать магическими чернилами, — Данте поднял со стола чернильницу, которую тоже получил у кастеляна.
Селена кивнула. Так значит, у нее будет татуировка? Сама она никогда не решилась бы на тату, хотя много раз об этом думала. Вот у Насти было даже несколько, и Селена в душе восхищалась Настей. Но Насте татуировки шли, а вот насчет себя Селена не была уверена. Ведь у Насти идеальное тело, как ему может что-то не идти? А теперь выбора нет, татуировке быть. Кстати, по словам все той же Насти — не так уж и больно их набивать.
— Когда магические чернила будут соприкасаться с кожей, начнется реакция, — продолжал Данте. — Главная цель — оставить на тебе рисунок, поэтому тебе станет больно. Но помимо этого, ты окажешься связанной с энергетическим полем замка. Некоторое время после кожа будет заживать, но потом шрамов не останется, останется только рисунок. И еще важный момент — я не смогу магически убрать боль, потому что для качественного рисунка нужно, чтобы поверхность, на которую он наносится, была чиста от всякой другой магии. Перекрытие потоков энергии будет мешать. Понятно?