- Глупая! Глупая моя красавица! – ласково произнёс воин, - я свободный мужчина. Вернее, был свободным, а теперь в моём сердце поселилась ты. Ни одной из женщин я не говорил слов любви. Ты - первая.
Селестина улыбнулась и положила голову мужчине на плечо. Он ладонью накрыл ее правую грудь. Сосок был холодным и напряженным. Мужчина зажал его между пальцами и поцеловал губы девушки.
- Ты обещал мне рассказать предостережение, которое предназначено для ушей княжны, - робко напомнила девушка.
Воин погладил волнистые волосы красавицы и ласково произнёс:
- Да, я помню. Но сейчас я хочу показать, как умеют любить мужчины нашего племени.
Азарий замолчал и начал перебирать шёлковые волосы девушки, целуя её в макушку, продолжая ласкать ее грудь.
- Но нам нужно в замок, - простонала Селестина, прижимая его руку к своей груди. Ласки незнакомца уже подчинили и волю, и разум княжны, женская природа требовала еще приятных и новых ощущений.
- Замок стоит уже тысячу лет, и если мы приедем на рассвете, то…
Девушка не дала ему договорить, нашла его губы и проникла язычком внутрь. Мужчина аккуратно, не прерывая поцелуя, положил ее на спину, и начал нежно ласкать тело молодой женщины. Селестина чувствовала сильное возбуждение, руками нашла упругую плоть Азалия и хотела в бешенной страсти слиться с ним в единое целое. Но мягкий голос мужчины остановил ее:
- Не сейчас, я же был терпелив. Позволь и мне насладиться твоим телом.
Селестина ничего не ответила, лишь приглушенный стон вырвался из ее груди. Азалий продолжал покрывать изящное тело своей возлюбленной поцелуями, опускаясь все ниже и ниже. Страсть разрывала тело женщины и огненным вулканом прорывалась наружу через возбужденное лоно. Разум Селестины утонул в желании, а природный инстинкт поглотил все остальные чувства.
Тигрица, которая выследила свою жертву, и сейчас медленно утоляла голод, в сравнении с возбужденной княжной, казалась мелким котенком, поймавшим свою первую мышь.
Азарий уже проложил дорожку из поцелуев по плоскому животу девушки и опустил кончик языка в нежный девичий бутон, лаская каждую его складочку. Дыхание ее стало сбивчивым, Селестина начала хватать ртом воздух, как рыба, оказавшаяся на сущее, сердце гулко стучало, в голове тысячи бабочек начали одновременно хлопать крыльями, тело напряглось и резко расслабилось. Девушке показалось, что ее душа покинула тело и взлетела высоко в небо, парила там несколько минут, а потом вернулась обратно.
Селестина открыла глаза, губы пересохли, а жар приятной истомой разлился по всему телу, делая его тяжелым и вялым.Каждая клеточка ее тела была наполнена живительной силой - легкой и приятной.
- Что со мной сейчас было?- едва шевеля губами, спросила она.
Мужчина ничего не ответил, припал к ее губам и его язык придавил язык девушки. Она обняла его за шею и прижалась к его торсу, чувствуя животом упругую плоть. Азарий не дал княжне опомниться от пережитого наслаждения, начал новые ласки.
Мужская плоть резко проникла в горящее страстью женское лоно. Интенсивность движений возрастала, тела двигались навстречу друг другу.
Всплеск, из груди мужчины вырвался легкий рык, а Селестина застонала, но теперь не улетела ввысь, а провалилась туда, где пряталось блаженство всего человечества.
В шатре все стихло. Луна с любопытством заглядывала через треугольные окна внутрь, пытаясь понять, чем же занята эта пара. Лунный свет отразился на коже мужчины легким серебром. Капельки пота на его теле казались крошечными бриллиантами. Влюбленные лежали молча. Азарий всем своим телом накрыл хрупкую княжну, уткнулся лицом в ее волосы и забыл обо всем на свете. Селестина гладила его влажные волнистые пряди. Женщина была счастлива, впервые за много лет.
- Женщины нашего рода видят будущее, поэтому меня отправили к княжне, чтобы я предупредил её о гибели Солнцеграда,- вдруг проговорил Азарий и перевернулся, утягивая за собой княжну.
Девушка очутилась сверху и сейчас могла хорошо видеть лицо своего возлюбленного. Его глаза блестели каким-то дьявольским блеском, губы пылали страстью. Она угадала его мысли и строго сказала:
- Нет! Хватит! Я уже почти обессилила, а нам еще до замка добираться. У нас с тобой еще будет много ночей и ласк.
Мужчина хитро улыбнулся и прошептал на ухо:
- Много – это очень хорошо.