Роза заперлась в квартире, возбужденная открывшейся возможностью и связанными с ней обязательствами, и взгляд ее упал на фразу, написанную на стене ее собственным почерком: «ТЕБЕ ТУТ НЕ МЕСТО!» Тебе тут не место. Эти слова словно ударили ее молотом по голове. Кто с кем разговаривал? Она проклинала отца или он проклинал ее?
Роза бросила дорожную сумку на пол и схватилась за горло. Какое-то давление изнутри выталкивало язык, притискивая его к нёбу, гортань сжималась. Приступ удушья был настолько ярко выраженным, что сердце стучало, как отбойный молоток, из последних сил стараясь обеспечить кислородом организм. Выпучив глаза, Роза огляделась и поняла, какой удар в спину ей нанесли. Кто-то надел на подсвечники новые манжеты, постелил чистые скатерти на столы, сложил тетради с ее заметками о расследованиях отдела «Q» в аккуратную стопку на комоде под зеркалом. Стулья были прилежно расставлены. Липкие жирные пятна отчищены со стереосистемы, со стен, с ковров.
Роза сжала кулаки и прерывисто задышала. Никто не имеет права вторгаться в чужой дом и распоряжаться, что там приемлемо, а что нет, как не имеет права и диктовать хозяину, каким образом он должен себя вести. Ее грязное белье, немытая посуда, мусор и бумажки, раскиданные по полу, как и излитое ею бессилие, – все это принадлежало ей, и только ей, и никого не должно было волновать.
И как же, скажите на милость, она теперь будет функционировать в этом стерильном и опороченном доме?
Роза отшатнулась от этого безобразия и бросилась на лестничную клетку, где перегнулась через перила и дала волю слезам.
Когда ноги начали подкашиваться, она добралась до двери соседней квартиры. За годы, прожитые ею в этом доме, у нее установилась некая связь с соседкой-старушкой; не то чтобы дружба в полном смысле слова, а скорее привязанность, свойственная отношениям между матерью и дочкой, которая, в отличие от ее отношений с родной матерью, подразумевала некоторую степень доверительности и задушевности. Они уже давным-давно не общались, но в своем нынешнем состоянии Роза просто-напросто не могла не подойти к двери соседней квартиры и не нажать кнопку звонка.
Потеряв счет времени, она так и стояла перед запертой дверью до тех пор, пока по лестнице не поднялась другая соседка, которая направилась прямиком к Розе.
– Ты хочешь навестить фру Циммерманн?
Она кивнула.
– Я не знаю, где ты пропадала в последнее время, но мне придется с сожалением сообщить тебе, что Ригмор умерла. – Соседка немного помолчала. – Ее убили, Роза. Сегодня исполняется ровно три недели с того дня. Ты не знала? Ты ведь работаешь в полиции…
Роза обратила взгляд наверх. К небесам. К бесконечной непостижимости.
На мгновение она исчезла для окружающего мира, а когда вернулась в него, окружающий мир перестал для нее существовать.
– Ну да, это ужасно, – сокрушалась женщина. – Печально, конечно. Ну, а молоденькая девушка, которую сегодня за углом сбила машина? Хотя, может, ты и об этом ничего не знаешь?
Глава 29
Четверг, 26 мая 2016 года
Карл застал чрезвычайно опечаленного Ассада на полу в тесной каморке за сворачиванием молитвенного коврика.
– Ты какой-то грустный, Ассад… Что приключилось?
– Никакого приключения, Карл. Почему ты спрашиваешь о каком-то приключении? – Он замотал головой. – Я позвонил в отделение, где лежит Роза, чтобы поинтересоваться, как у нее дела, и услышал, как она выходит из себя и кричит, чтобы я проваливал к чертям собачьим. И еще – что мы должны оставить ее в покое.
– Как же ты это услышал?
– Секретарша сняла трубку, а на заднем плане был голос Розы. Я просто хотел узнать, когда можно ее навестить. Видимо, она проходила мимо телефона, когда я позвонил.
Карл похлопал своего верного оруженосца по плечу. Тот явно не заслужил таких грубостей в свой адрес.
– Но нам придется уважать ее мнение, Ассад. Если Розе хуже от нашего с ней общения, вряд ли мы окажем ей услугу, если примемся настаивать.
Сириец повесил голову. Ему было паршиво, он очень переживал за Розу, тут сомнений и быть не могло. Так что Карлу предстояло вывести его из тревожного состояния. Толку от волнений Ассада все равно не было никакого.
– Ассад уже рассказал тебе, что она ему крикнула?
Вытянутое лицо Гордона чуть сморщилось. Значит, рассказал.
– А ведь это я виноват в том, что она так реагирует, – тихо признался он. – Не надо было мне копаться в ее блокнотах.
– Скоро она снова будет в полном порядке, Гордон. Мы ведь все это уже проходили с Розой раньше.