– М-м-м, просто отличная история, – сказал Ассад с долей иронии. – Но что же дальше?
У него в животе громко забурчало. Отсутствие энергетического подкрепления начало прорываться наружу в виде растущего раздражения. Карл, наоборот, совсем позабыл о еде. А вот выкурить сигаретку ему не помешало бы, тогда он спокойно мог продержаться без пищи еще несколько часов.
– Вернувшись в Данию, я не имел ни документов, ни средств к существованию, и мне ничего не оставалось, как разыскать Фрицля и Ригмор Циммерманн и рассказать им о том, что я намереваюсь остаться в Дании, и просить у них помощи. Они пришли в ужас, так как вместе с Биргит рассказали Денисе, что я умер. Я так разозлился, услышав это, что, несмотря на их отчаянное сопротивление, ворвался в кабинет Фрицля и сгреб то, что смог унести. Так что в моих руках оказался дополнительный компромат. Я сфотографировал комнату и орущих, неистовствующих хозяев. Напоследок я схватил боевой нож Фрицля и поднес его к горлу Ригмор, заметив вслух, что знаю не понаслышке звук перерезаемой трахеи. Это и другие угрозы заставили их присмиреть. В итоге мы договорились, что они пустят меня жить в эту квартиру и возьмут на себя все коммунальные расходы, а кроме того, ежемесячно будут выплачивать мне по двенадцать тысяч крон. Конечно, мне надо было просить больше, но я не догадался.
Он смеялся и вздыхал одновременно. Казалось, его тянет в сон. Глаза его стали желтыми, как у оборотня. Ему явно было нехорошо.
– В обмен на это я должен был держаться подальше от Биргит и Денисы. Ригмор дала мне ясно понять: если я попытаюсь вступить с ними в контакт, ей будет наплевать, что я расскажу о деяниях Фрицля властям, она в любом случае добьется моего ареста и депортации. И она говорила серьезно. Лучше пожертвовать репутацией Фрицля и всей семьи, чем девочками.
– Но, полагаю, это обещание вы не сдержали, – сказал Карл.
Джеймс улыбнулся.
– Ну, в каком-то смысле сдержал. Нельзя сосчитать, сколько раз я вставал за деревьями у озера Сортедамссёэн, устремив взгляд на главный вход в Больманс Фрисколе, но ни разу не подошел к Денисе. Я надеялся просто увидеть ее по окончании учебного дня.
– А Биргит?
– Из чистого любопытства я пытался откопать о ней информацию, но она нигде не была зарегистрирована. Тогда я решил проследить за Денисой, когда она возвращается из школы домой.
– И вам удалось?
Тут Ассад похлопал Мёрка по плечу и вздохнул.
– Карл, скажи честно, ты видишь у меня горбы на спине?
– Через двадцать минут ты обязательно что-нибудь поешь. Только не надо сейчас шутить про верблюдов, ладно?
Сириец вздохнул еще громче, чем прежде. Видимо, еще двадцать минут голода были бы для него перебором.
– Вам удалось проследить за Денисой?
– Нет, до этого так и не дошло. Но я много раз видел, как она выходит из школы. Она стала такой красивой, чувственной… Я был прямо-таки восхищен ею. – Он вновь поднес стакан с водой к губам, его силы были на исходе.
– И все же она вызывала у вас не столь глубокое восхищение, как Стефани Гундерсен, да, Джеймс?
Вода не удержалась у него во рту и просочилась из уголков губ, повиснув на подбородке каплями. Пылающий взгляд выражал изумление.
– Почему вы убили Стефани? – задал Карл неизбежный вопрос.
Джеймс поставил стакан на столик и пару раз кашлянул, как будто жидкость попала не в то горло. А затем решительно тряхнул головой.
– Ранее я, кажется, сказал, что вы неплохой полицейский? Беру свои слова обратно.
Ассад хихикнул. Очередной протест против сегодняшнего скудного рациона?
– Потому что…
– Потому что я любил Стефани. Я предпочел ее Биргит и Денисе, вот так вот все просто. Однажды я увидел, как она выходила из школы, – и всё, мы оба пропали с потрохами. Мы встречались в городе в течение девяти месяцев. Виделись по несколько раз в неделю.
– К чему была такая конфиденциальность?
– Она была учительницей Денисы. Если б та увидела нас вместе и узнала меня, я бы… Ведь ей сказали, что я умер. Условия нашего с Ригмор договора перестали бы выполняться, и меня бы задержали и выслали.
Он уставился в пустое серое пространство и вдруг беззвучно заплакал. Не издал ни всхлипа, ни вздоха.
– Стефани убил не я, ее убила Ригмор. – Голос его задрожал. – Я уверен, что старая карга видела нас со Стефани в городе и убийство Стефани стало ее местью. Впоследствии, когда я предъявил ей свои подозрения, она заявила, что не делала этого. Но я ей не поверил. Естественно. Я прекрасно понимал, что не имею права и пальцем к ней прикоснуться, ведь она запросто переложит всю вину на меня. Представит меня как нелегала, вымогателя и профессионального убийцу.